«И я ищу, ищу, ищу». Судьба советского офицера

Он не стал снова бороться с этой защитой, а просто обнял её, поцеловал и более ничего не предпринимая и скоро они так и заснули в объятиях.

А потом, когда он дал ей возможность сполна испытать всё, что случилось между ними, уже чувствуя, что пора спать, сказал тихо, но твёрдо:

– Завтра отвезу тебя в Старицу сам. И…, – он ещё чуть-чуть помедлил: – И зайду к твои родителям.

– Зачем? – спросила она, хотя было всё понятно без слов, и голос выдал волнение.

– Ты же знаешь зачем! Я ведь приехал за тобой, – повторил он слова, сказанные возле института в день приезда в Калинин.

– Но ведь мне ещё полгода учиться…

– Значит свадьбу сыграем летом и тогда заберу тебя с собой окончательно. Ты согласна? Ты согласна стать моей женой?

Она тихо молвила:

– А ты этого ещё не понял?

– Конечно, понял! – сказал он, ещё крепче прижимая её к себе.

А утром, когда уже собирались идти к машине, телефонный аппарат разразился длинными трелями.

– Слушаю. Световитов! – ответил он привычно, так как обычно отвечал в кабинете, поскольку по домашнему телефону давно уже разговаривать приходилось очень редко.

– Андрей Фёдорович! Это Труворов. Хорошо, что тебя поймал. Тут дело такое нарисовалось. Тебе нужно срочно прибыть на беседу к генералу Рославлеву. Он ждёт сегодня в шестнадцать часов. Успеешь?

Световитов посмотрев на часы, сказал:

– Успею!

И поинтересовался:

– Причина вызова?

– Не по телефону, – ответил Труворов.

Световитов специально не плотно приложил трубку к уху, потому что заметил, что Людмилу насторожил междугородний звонок.

– Ну что ж… Мы всё решили. Отпуск в этом году летом. Попробую подгадать к окончанию института. Тогда и свадьба…

Глава вторая

Теремрин наблюдал за событиями минувшей зимы с удивлявшим его самого равнодушием. Он любил, и любовь ограждала его от будничной, как ему казалось, суеты.

Всю зиму они с Татьяной не сидели на месте. Несколько раз ездили в дом отдыха «Подмосковье», выбирались даже в Ленинград, в другие города, отчасти, по делам, поскольку Теремрин брал командировки от редакции пятитомника, но в большей степени потому, что хотелось побыть вместе и посмотреть что-то новое, оторваться от беспокойной Москвы.