Вера

Обескураженный Лёха молча смотрел, не веря глазам, на невозможную в его понимании ситуацию: девушка, с которой он всего лишь несколько минут назад страстно целовался, уводит Николая, оборачиваясь и бросая на Алексея взгляды, полные ненависти и презрения.

Лидерство не такое уж простое дело, особенно если желаешь лидерства справедливого. Лёха, сдерживая эмоции, с невозмутимым видом немедленно приступил к дознанию с целью выяснить обстоятельства отвратительного происшествия, которому стал свидетелем в присутствии своей девушки.

– Что за дела, Ваня? Вы что, действительно умом подвинулись? – обратился он к самому адекватному из троицы.

– Лёш, – подбоченившись, пытаясь держать себя по-взрослому, начал объяснять Иван, сплёвывая сгустки крови, – этот рыжий совсем ополоумел…

– Какое ополоумел? Его же каждый из вас соплёй перешибить может!

– Лёха, он ворвался во двор и начал метелить всех подряд, – в тон Ивану вторил один из ребят, потирая скулу.

– Да вы чего? Совсем разум потеряли? Он – и метелить?

– Ага! Юрасик и Петька во дворе были.

– Где они?

– Домой пошли.

– Что значит «домой пошли»? – Алексей начал терять терпение. – Какое «домой»?

– Рыжий их отдубасил так, что мама не горюй!

– Этот? Отдубасил? Юрасика и Петьку? Двоих?

– Он реально крутой, – встрял неожиданно третий, Сашка по прозвищу Ватсон. – Ты бы видел его глаза – взгляд безжалостного убийцы…

– Ватсон, ты бы поменьше детективов читал. «Крутой!», скажешь тоже, – раздражённо прервал его Лёха.

– Не знаю я, с чего он на них накинулся, – продолжил извиняющимся голосом Иван. – Видел из окна, как он с дрыном за ними гонялся по всему двору. Мы потом выскочили. Юрасик домой побежал, а следом и Петька. Ты бы их видел, Лёха!

Дело прояснилось немного. Выходило, что Колька пришёл один в чужой двор и накинулся на двух здоровых по сравнению с ним парней, избил их, а эти три дурня впряглись, не разобравшись, чуть позже. На сумасшедшего Колька явно не похож.

Весь остаток дня Лёха провёл в раскапывании причин неординарного поведения Коли и не без труда выяснил всё. История приключилась аховая, и в ней Николай прав на все сто! Лёха на его месте поступил бы ровно так же, если не ещё суровей.