Придворный. Заклинание

Так… Багровые, цвета остывающего расплава железа. Седло, поводья и остальная сбруя в том же цвете и тоже чуть светятся. Не понимаю, чего народ напрягся? Животные, знамо дело, боятся. Они чуют силу. А людям-то чего бледнеть и дергаться?

– Ваша милость, – спросил большеусый капитан, старший среди встречающих, – что же это за зверь такой?

– Какой зверь? – слегка обиделся я. – Это жеребчик, Уголек. Правда, у нас таких не водится.

Жеребец, которому я сейчас дал имя, что-то благодарно проскрежетал и фыркнул меленькими искорками пламени.

– Хороший жеребчик, хороший! – потрепал я животинку по холке. – Я вас ждать не буду. Уголек медленно двигаться не любит, да и лошади от него шарахаются. Мы поскачем вперед, укажите нам куда. А вы амулетом сообщите о прибытии в крепость и сопроводите обоз.

Направление указали. Я вскочил в седло и помчался по ночной дороге. Хорошо! Темно, лишь изредка звезды просвечивают в разрыве туч. Мой скакун, как и я, прекрасно видит путь. Скачет беззвучно, не касаясь копытами земли, лишь иногда выдыхая фонтанчики искр из ноздрей.

Рассказ

Встречающие проводили взглядами быстро растаявшего в темноте барона. Жеребец, больше похожий на демона из преисподней, перемещался на пару ладоней выше грунта, не касаясь копытами земли, потому двигался со скоростью выше галопа обычной резвой лошади.

– Паркетный шаркун, значит? – Капитан вперил злой взгляд в молодого прапорщика. – За какие такие штабные подвиги солдатскую «Храбрость» дают?

– Я не знал.

– Времени… Барон и волшебник, видать, не из последних.

– Кхм-кхм, – кашлянул подошедший слуга, крайне важного вида. – Его милость господин барон изволит быть дважды магистром Гильдии, по Жизни и по Огню. В баронское достоинство его возвели за то, что он вывел из осажденного дома наследника со свитой в две дюжины человек. Сдерживал врага, пока горящее здание не покинули телохранители его королевского высочества.

– А «За храбрость» по какому делу получил? – почтительно поинтересовался капитан у лакея.

– Не могу знать. Про личные дела королевской фамилии его милость не имеет привычки болтать. Представили по Горно-Егерскому имени принца Лагоза лейб-гвардейскому полку.

– Горлохваты! – восхищенно выдохнул прапорщик, по молодости не сдержавший чувств.