Выстрел в прошлое

Не поднимая глаз, по хлопкам можно понять, из чего стреляют, сколько метров от засады, профессиональную подготовку противника. Падая, Марат заметил, как, воспользовавшись суматохой, дернулся чеченский водитель и бросился на пригнувшегося Малышина. Пока Малышин, опешивший от нападения, поднимался, чеченец попытался вырвать у него автомат. Но не успел, – Малышин изловчился, вытащил нож и ударил им нападавшего прямо в горло. Чеченец посмотрел на бойца, как бы не веря в то, что это последние секунды его жизни, и упал замертво.

В этой суматохе Малышин, не обращая внимания на чиркающие над головой пули и разрывающиеся мины, бросился к старику. Такие вспышки гнева на войне часты. Хуже, когда у солдат едет крыша. Но любой гнев на войне не нужен или опасен, если он не направлен на врага. Старик был не виноват. Это Марат понимал, поэтому успел одернуть бойца:

– Ты, че, твою мать, может, еще своих перестреляешь?

– Я убью эту суку, командир! – выкручивая свою руку из рук Марата, выкрикнул Малышин.

– Прибереги силы и злость для «чехов». Занять боевую позицию, боец!

Малышин подчинился и, не сказав ни слова, лег на землю, а через несколько секунд по-пластунски подполз к гигантскому валуну, стоящему на обочине, и спрятался за него.

– Отец, где наши ребята и сколько бандитов? – обратился к старику Марат.

– Ваших всех перэрэзали, только камандыра увелы. Куда – нэ знаю. Тэхнику спустили в пропаст.

– А сколько их?

– Многа, очэн многа. Оны всех з села увэлы вныз. Эта западня. Сказалы, еслы што нэ, всэх растрэляют…

В этот момент метрах в двадцати от Марата и старика разорвалась мина. Его нескольких бойцов присыпало землей. Через несколько секунд, когда Марат поднял голову, то услышал кашель старика и увидел на его рубашке кровь – осколок попал аксакалу в область сердца. Марат поднял голову старика. Он был еще жив, тяжело дышал.

– Отец, если можешь говорить, скажи, как нам выбраться отсюда? Слышишь? – Марат еще немного приподнял старика.

– В далыну нэ иды, адьга дарога… ввэрх, в горы, – прохрипел старик. – В горы иды… С гары спустытэсь па рэке, увидыш сам… другой дарога нет… Внызу будут бандыты… Их камандыр араб… В сэлэ, в далннэ у мэнэ брат живет, Аслан… Аслан Мамэдов. Живет второй дом от дорога… Он выведэт вас…

При этом старик как-то обмяк, закрыл глаза, сделал вдох и испустил дух.