Майор Ветров

– Перестань! Такие могут пойти на признанку, что вот, мол, Кононович и Тозиловский принудили нас дать взятку, а мы, испугавшись, дали им в лапу, а сами, как честные люди, сообщаем об этом. Закон же в таких случаях освобождает от уголовной ответственности взяткодателя. Думаешь, они об этом не знают? Короче, слушай меня. Деньги запрячь в надежное место. Предупреди Багдасарову, чтобы смывалась отсюда. Затем вызови на допрос Ветрова и продемонстрируй ему видеозапись резни. Попытайся его раскрутить, вдруг в чем-нибудь, пусть не по этому делу, признается, сам понимаешь, надо хоть как-то оправдать арест.

– А если он не клюнет?

– Скажи, что ты и я стараемся его отстоять. Завтра придешь к нему и вручишь постановление об отмене ареста. Не теряй ни минуты. Иначе нас могут опередить. Понял?

– Да, – вставая со стула, ответил Тозиловский. – Начинаю действовать.

Он чуть ли не бегом выскочил из здания, сел в новенькую «Ауди» и резко тронулся с места. На встречу с Багдасаровой ушло не более часа.

Тозиловский приказал солдату, дежурившему у дверей, оставаться в коридоре и никого в комнату не пускать, а сам вошел внутрь:

– Здравия желаю, товарищ майор! Как здоровье? – и, не обращая внимания на то, что Ветров не отвечал и молча смотрел в потолок, пристроил видеомагнитофон на стуле, подключил к розетке и вставил кассету:

– Вот, посмотрите, что натворили.

Услышав шум стрельбы и голос диктора, Ветров перевел глаза на экран… Через несколько секунд он, не обращая внимания на сильнейшие боли в голове и теле, сел и впился глазами в экран.

Вскоре запись закончилась, и Тозиловский деловито отключил видеомагнитофон. Пряча в портфель кассету, сказал:

– Сами видите, что получилось. У нас есть еще кое-какая информация. Может, вам самому рассказать…

– О чем?! Старший лейтенант, посмотри внимательно, я же стою с закрытыми глазами.

– Я имею в виду другие делишки…

– Какие делишки?

– Ну, например, когда в ходе операций случайно не того шлепнули… отобрали деньги или, скажем, какую-нибудь драгоценную вещичку… безделушку. Ведь бывали же вы в селах. Может, кто другой из ваших солдат это делал?

– У меня в подчинении одни офицеры. Мы – спецназ ГРУ…

– И что, ни одного случая не было?

– Мы не духи и не бандиты.