Прости мне мои капризы

Свет в зале погас, и на экране появились первые герои: два непримиримых врага – хулиганистый, эпатажный Волк, с горящей сигаретой во внушительной зубастой пасти, и его извечная, потенциальная жертва – выдержанный, даже отчасти флегматичный, на первый взгляд, Заяц, поливающий из розовой лейки на балконе цветочки (из чего я сделал вывод, что, возможно, по своей «половой принадлежности» это была Зайчиха…).

На несколько минут мультяшные персонажи, динамичный, комический, иногда с элементами драматизма, сюжет, введя меня в состояние расслабленности, «отрешенности» от внешнего мира, – отвлекли внимание от соседки.

Но вскоре все мои мысли оказались обращены к ней – внимательно следившей за происходящем на полотне действом и живо, с искрометными всплесками смеха, реагировавшей на каждый забавный эпизод, следовавший один за другим.

Этот ее смех – чистый, звенящий, как колокольчик, меня заворожил. Он шел от самой ее природы, был кристально-прозрачным, естественным.

Такими же естественными были порывистые движения ее рук, ног, которыми она задевала меня, – всего подвижного, «взрывного» тела.

Эксцентричным своим «поведением» – Ирина всколыхнула во мне множество самых разных эмоций, чувств, переживаний, ставших для меня неожиданным сюрпризом. Разобраться в этой стихии ощущений – тотчас – я, конечно, не мог. Слишком стремителен был их круговорот! Однако, без обиняков могу признаться в том, что пробудившийся к сидевшей от меня по правую сторону зрительнице интерес заключал в себе, помимо обычного, в таких случаях, любопытства – в отношении самого «явления» противоположного пола – вполне очевидные признаки физического, или физиологического (из сферы грубой, как принято иногда говорить, чувственности…) свойства… Внешне, впрочем, по причине охватившей меня скованности, никак не проявлявшиеся.

После того, как налопавшийся до отвала всяких вкусностей и отведавший горилки приятель Пса – Волк – не допев до конца, под столом, свою волчью песню, убрался к месту постоянной своей прописки, то есть в лес, а бравые, находчивые казаки, ловко одурачив шайку разбойников-пиратов, высвободили из плена верных и неотразимых в женской своей красе невест, и в помещении зажглось с десяток больших настенных ламп, – мы с Ириной встали и вышли на свежий воздух.