Океан Ветров

Гершем изрядно нервничал и потому расхаживал взад-вперед вдоль койки. Похоже, он что-то обдумывал, так как поначалу даже не заметил Вадима, пока тот сам не обратился к нему.

– Тебе не интересно, что со мной произошло?

Молдиверг вздрогнул от неожиданности и посмотрел на человека.

– Ах да, конечно, рассказывай. Я просто отвлекся. Не обращай внимания.

– Меня спросили, кто я такой? А потом взглянули вот на это, – Вадим показал знак на руке и добавил: – Ты знаешь что-нибудь об этом?

– Нет, ничего не знаю, – как-то быстро и холодно сказал Молдиверг.

По его глазам Вадим понял, что тот лжет, но не смог понять почему. Во всяком случае, пока.

***

Этой ночью Вадим спал плохо. Он все время думал о символе у себя на руке и никак не мог найти ему разумного объяснения. Человек поймал себя на мысли о том, что раньше знак не вызывал никаких вопросов, а появился он как раз после того случая с объектом внеземного происхождения, подробности которого Грамматин не мог вспомнить.

Наконец человек заснул, но и тут мысли о знаке на руке преследовали его. Проснулся он в ужасном состоянии. Поначалу подумал, что это ему только кажется. Однако внезапно воздух стал спертым настолько, что невозможно было дышать. Как будто весь кислород вокруг исчез. Голова закружилась, все стало темнеть и куда-то проваливаться. Мысли путались. Совершенно случайно он вспомнил то, что объясняло причину его состояния: «Судя по твоему виду, действие антитанлового препарата продлиться еще около десяти часов».

После инъекции прошло уже большое количество времени, состояние ухудшалось. Вадим упал на пол и забился в судорогах. «Это конец», – пронеслось у него в голове.

В другой части камеры стоял Молдиверг, и дьявольская улыбка не сходила с его лица: «Мне даже не придется делать грязную работу. Несчастный случай сам настиг его. Покойся с миром, Вадим Грамматин.

Внезапно послышался шум, походивший на работу реактивного двигателя. Молдиверг взглянул в направлении, откуда доносился звук, и ничего не увидел. Прошла еще пара секунд, раздался свистящий звук. Стена с окном разлетелась на куски. Ударная волна сбила Молдиверга с ног.

В образовавшуюся пробоину хлынул свет, заполняя собой самые темные места тюремной камеры, пребывавшие во мраке уже не один десяток лет.