Кодекс

Вроде волшебник, а транжира – все равно от золота зависел, все потратил.

– Роб, не принято говорить гадости об умершем, нужно вспоминать только хорошее.

Роб понял, что Льюис слишком близко принял его ложь, и что теперь волшебник для Льюиса олицетворение великого добра.

– Ладно, не будем говорить плохо. Значит, нам нужно что-то придумать с этой книгой.

– Можно купить мула.

Роб подумал над этим, но его смущало слово «купить».

– Нет, это слишком очевидно, волшебник не любил очевидных решений.

Льюис кивнул в знак согласия.

– Да, помню, когда он попросил тебя нарвать ему каких-то цветков. Помню как мы мучились. Несколько дней бродили по окрестностям в поисках похожих цветков. Это было долго, и мы их нашли, но…

– Но если бы мы это сделали за полчаса – мы бы попали в точку, потому что когда мы пришли, он уже забил несколько комнат этими цветами. Он ненавидел ждать, а очевидные решения слишком часто отнимают время, а у него его не было, – Роб задумался, – Да, умереть было слишком очевидно.

Льюис снял со спины мешки, поставил их в угол комнаты. Подошел поближе к книге, и, присев на корточки, с серьезным видом, который он только мог сделать, стал листать фолиант.

– Может можно применить какое-нибудь волшебство на эту книжку? Может наподобие левитации, чтобы волшебная книга просто летала за тобой, как за магнитом, и в нужный момент ты мог использовать ее.

– Вот это уже ближе, но мне не хочется, чтобы за мной летала огромная книга.

Он присел на место Льюиса, и стал листать страницы. Перевернув корочку, он прочитал следующее:

«Посвящаю сей труд моей жене»

– А у него, оказывается, была жена. Интересно, что он такого сделал, что стал магом затворником.

– Может не он сделал. Я слышал, что женщины раньше были дикими созданиями. Они убивали скот, и пили кровь своих мужей, – предположил Льюис.

Роб промолчал. На следующей странице крупными буквами каллиграфическим почерком было написано:

«Книга волшебства», а ниже более мелким шрифтом: «Для любых нужд и для всяческих дел.

Роб не спешил с поиском заклинаний, он любовался красотой страниц, изяществом букв, разнообразием орнаментов, красочностью цветов.

– Да, ему нужно было становится художником.

– Ага.

На следующей странице друзей ждали следующие строчки:

«Дорогой читатель, вы держите в руках величайшую книгу, которая могла бы выйти из-под моих рук.