Сердце Охотника

Ну и везет же мне на тощих девиц… и Волчиц! Я так люблю пышные формы, а достаются одни кости.

Она еще меньше похожа на Дикарку, чем моя немая Волчица. Крошка Доррит ниже ростом, и хрупкость ее кажется болезненной. Если бы зверодухи жили по звериным законам постоянно – а не только когда им это выгодно, – моя поклонница не прошла бы естественный отбор.

Дикарка… Я каждый раз зверею, когда вспоминаю о ней. Если раньше я точно знал, что испытываю, и мог перечислить все признаки этого заболевания, то теперь ситуация осложнилась.

Дело не только в том, что Вера оттолкнула меня, она выбрала Волка! Человека, возможно, я еще мог бы ей простить, но зверодуха – никогда. Поэтому, кроме влечения, я чувствую жажду мести и желание причинить Дикарке боль. Хочу запереть ее в крошечной ванной, без окон, без света, дождаться, когда она примет меня как свою судьбу, а затем войти и сломать замок, чтоб туда больше никто не мог попасть. О, этот коктейль чувств я предложил бы выпить только заклятому врагу.

Без окон, без света – навеяно моей собственной темницей. У меня нет поводов думать, что свет появится. Но я уверен, что это произойдет.

– Представь… – продолжаю я свой «гипноз». – Перед тобой сидит два десятка студентов, почти твоих ровесников, но между вами пропасть. Потому что тебе плевать на их мнение, а твои слова они записывают, подчеркивают жирной чертой, пытаются вбить себе в голову…

А потом дверь, пронзительно скрипнув, распахивается. И вместе с весной ко мне в тюрьму врывается Лесс.

Лесс едва заметно приподнимает руку (вторую держит за спиной) – и Крошку Доррит как ветром сдувает. Или ее и в самом деле сдувает?.. Дверь-то еще открыта.

Лесс коротко и резко приподнимает подбородок.

«Чего скалишься?»

– Не твое собачье дело, – не опуская уголков рта, отвечаю я тишине.

Смешно, как нервирует Волков сравнение с собаками. И уж тем более смешно, что это нервирует Лесс. Да, у каждого есть Ахиллесова пята – даже у Волка.

Она знает о частных визитах ко мне своей подопечной, но ничего с этим не делает. Развлекается, наблюдая за нами? Помня о ее ночных кошмарах, уверен, она в такой же темнице, как и я.