Далеко Далёкое

Получалось плохо, я уже не пытался прицеливаться, а стрелял по ним как по стене сплошного мяса, а уроды валили и валили по лестнице – падая, исчезая, разваливаясь на куски и восполняясь вновь, из задних рядов.

Моё оружие замолчало, выпустив все иглы. А они уже бегут прямо ко мне, протягивая свои сведённые судорогой пальцы и разевая рты. Очень хочется всё бросить и убежать, скрыться в глубине переходов между зелёными баками, но я судорожно меняю магазин. Ближайшие ко мне ряды скрываются за разрывами демолиторов – в стороны летят конечности, брызги крови, но толпа, не останавливаясь, несёт ко мне расстрелянных, одновременно затаптывая их.

Внезапно слева я вижу движение, и, резко повернувшись, успеваю заметить оскаленную морду – урод лезет через перила, прямо из шахты, а за ним ещё и ещё тянутся новые конечности, не могу назвать эти штуки руками. Очередь туда, потом разворот – а толпа уже прямо передо мной, и я прыгаю в люк, пытаясь его захлопнуть. За люк сразу цепляются несколько корявых пальцев.

Я, уже не пытаясь его закрыть, бегу от них вглубь коридора, пытаясь понять – где тут аварийный шлюз.

Повезло: к шлюзу идут заметные указатели, и я бегу, бегу прямо – указатели ведут меня мимо развилок, образованных светящимися зелёным баками. Сзади раздаются кровожадные вопли – за мной гонятся. Я разворачиваюсь и коротко стреляю, чтобы хоть чуть-чуть умерить пыл преследователей. Потом бегу дальше – вот он красный люк, как же его открыть?

Такой же рычаг, как и в прошлый раз – всё стандартно, думать не надо, просто рви.

Но времени не хватает, сзади уже почти дотянулись до меня. Я прижимаюсь спиной к люку и опять начинаю стрелять, уже не отпуская спусковой крючок.

Ближайшие ко мне морды исчезают в кровавых облаках и вспышках, а я стреляю и стреляю. Коридор наполняется разорванными телами, по ним лезут новые твари. Щелчок, стрельба останавливается, тут же возобновляется, и я вижу уже не разрывы, а множество маленьких голубых молний.

«Демолиторы всё», – мелькает мысль.

У меня остался ещё один магазин, но менять некогда и я стреляю импульсерами, они тоже действуют – тела в корчах валяться друг на друга, пола уже не и видно.

Напор ослабевает: ближних я выкосил, а дальние сильно замедлились, вынужденные преодолевать гору разорванных тел, почти под потолок. Я поворачиваюсь:

«Опустить иглер на ремень, схватить рычаг, повернуть!»

Люк шлюза открылся, и я бросился в него:

«Успею закрыть или нет? Нет, бегут сюда, уже близко».