Далеко Далёкое

Посмотрел на Оганесова и на командира и смог подметить ранее незаметные для меня мелкие детали их снаряжения. Обратил и внимание на то, что командиру явно лучше, видно конечно, что он потрёпан, но уже на ногах. Чувствительнее стал и слух, я прислушался к дрожи конструкции корабля и смог различить какие-то шорохи и скрипы, на которые ранее не обращал внимания. В общем, я опять испугался. Мелькнула мысль:

«А вдруг это я превращаюсь в зомби?»

Но потом я, все-таки, смог успокоится – пока на кровь и мясо не тянет.

– Оганесов, – окликнул своего подчинённого командир, – скоро пойдём.

– Готов, командир, – и они оба посмотрели на меня.

Я прислушался к своим ощущениям ещё раз и утвердительно кивнул головой:

«Готов».

Приготовились к дальнейшему пути. Теперь у всех были новые дополнительные аптечки из аварийного резерва в этом шлюзе. Их всё также цепляли на пояс, и подключали разъёмы прямо к имеющейся аптечке такто. Оганесов, видя, как я беспомощно вожусь со своей, помог прицепить.

– Теперь она напрямую лекарства подаёт в старую, а та уже тебе введёт, если нужно, – он хлопнул по аптечке, ещё раз проверяя как сидит.

Кроме аптечек, каждый из нас навесил на себя сине-оранжевый баллон с запасом дыхательной смеси. Опять же, мне его помогли пристегнуть, и теперь, по пояснению вездесущего Оганесова, дышать можно будет в вакууме шесть-семь часов.

Наступил момент, и дверь шлюза, ведущая внутрь корабля, распахнулась. Нас встретил пустой коридор и тишина. Подчиняясь знакам командира, Оганесов осторожно, но и не мешкая направился вглубь корабля.

Мы спустились по бесконечно глубокой, уходящей далеко вниз и вверх, шахте на несколько уровней. Шли по лестнице, поскольку лифт, к которому было, мы сунулись, оказался заблокирован. Как я догадался, эта шахта шла по центральной части корабля от хвоста до носа, возможно даже, что она была осью симметрии корпуса корабля. А может и нет – изнутри это было не понять.

Внизу были двигатели, которые, создавая реактивное движение, создавали и искусственную силу тяжести в противоположном ускорению направлении.

Размышляя об этом при спуске, я представлял себе огромный небоскрёб, летящий в пустоте, в основании, вместо фундамента – двигатели, на верхушке – нос корабля.

– На втором кольце расположены основные силы охраны, тут должно быть до пятнадцати человек, пять центурионов и полсотни полицейских антросов, – сказал мне командир. – Сейчас разведаем, что там и как. Надеюсь, что остался кто-то.