Далеко Далёкое

А я лишь тяжело дышал, и, привалившись к стене, слушал их разговор. Так и не сделал ни одного выстрела – пока пытался прицеливаться, то всех тварей уже либо выкашивал огонь центуриона, либо их убивали охранники.

– Пси тож? н? р??от??т, возможно, это к?к-то связ?но? Я с??я сл??ым ощущ?ю.

– Д? н?уютно. ? к?ково т?м, кто ?одготовку ??з ?си н? ?роходил?

– Вон они вс? уж? ?орв?нны? л?ж?т. Ты хоть одного живого ч?лов?к? встр?тил? То-то ж?.

Центурион разворачивался со своим пулемётом, чтобы выцелить очередную группу тварей и вдруг застыл.

– Что з?… Д? открыв?йся ты быстр??, – капитан пнул по медленно открывающейся двери шлюза.

– Тит, н? с??ть, – это уже мне. – Из игл?р? ?о ним…

Я поднял оружие, и начал стрелять по приближающимся уродам демолиторами. Иглы попадали в тела и взрывались, отрывая конечности и отбрасывая их в стороны. Вся нерешительность была смыта огнём очередной дозы лекарств, полученной в шею.

– Внутрь вс?, – командир схватил меня за плечо и потащил в раскрывшуюся щель шлюзовой двери.

– ???, г?ды, – раздался крик Оганесова.

Сверху на меня рухнуло тяжёлое тело, я учуял запах крови, каких-то нечистот и звериной злобы. Повезло, мне удалось извернуться и направить ствол прямо в пасть, стремящуюся вцепиться мне в лицо. Голова безумца исчезла во вспышке, давление прекратилось. Я оттолкнул тело и отполз подальше. Командир лежал в луже крови, но при этом был жив, и стрелял, целя в закрывающийся шлюз.

Оганесов, в окружении нескольких мёртвых тварей, сцепился ещё с одной, и пытался не дать ей загрызть себя, одновременно нанося удары ножом. И ещё несколько монстров бежали к нам с разных сторон… Я выпустил по ним веер игл, и, в коротких вспышках оранжевого пламени, все они легли страшными поломанными кусками плоти.

– В лифт, – хрипел командир.

Оганесов подхватил его, и, махнув мне рукой, показал направление. Мы заскочили в капсулу-вагончик, которая стояла недалеко с гостеприимно распахнутыми дверями.

– Можно выдохнуть н?н?долго, – пробормотал раненый командир.

Оганесов бросился к нему оказывать помощь, а я опять почувствовал себя нехорошо. Но это был не страх.