Залив белого призрака. Фантастика

Это, уважаемый, отсутствие хорошей морской практики, а не Кодекс безопасности.

– Им платят за риск.

– Извините, риск – это ответственность капитана. Я её на чужие плечи не перекладываю. Не зарплатой меряю, а людьми. К берегу постараемся подойти максимально близко, чтобы катер наблюдать и отслеживать, а в случае опасности – будем иметь шанс оказать разведчикам помощь.

– Они прошли спецкурс выживания: туман, пурга, холод… Риск – это их работа.

– Моя работа – беречь экипаж. По моей команде на риск идут, по моему разумению – возвращаются.

– Да-да, я помню: капитан на борту – бог. Я не вмешиваюсь. Спросил – ухожу. Я могу записать в журнал наш разговор?

– Разумеется, сэр.

– Спокойной вахты, как у вас говорят. – Начальник экспедиции привычно поправил рукой живот, направляя его с мостика.

– Сэр-начальник! – иронично промолвил чиф, когда дверь за сэром закрылась. Капитан посмотрел на помощника и тот понял, что комментарий не нужен. – Простите, мастер[4 - Мастер – капитан (морской жаргон).

Прошло еще полчаса. Голос третьего помощника затрепетал, как флажок от ветра:

– Глубина пошла вниз! 120, 165… Вверх! 90, 95, 80… Вниз: 130, 148, 171… Вверх: 127, 70, 50… Горы какие-то.

– Такие же, как и на берегу. – Старпом повернулся к рулевому: – Будешь голосом эхолота! Сможешь?

Рулевой начал считывать показания глубины с интонацией автомата:

– … 57, 75, 94, 111, 62, 78, 151…

Юра перешёл к штурманскому столу.

Капитан взял чашку кофе:

– Добро. Ход сбавить до среднего.

– 150, 140, 130, 105… Дно выравнивается…

Судно задрожало от порыва ветра, прилетевшего из-за мыса. Загудели мачта и ванты. По всему корпусу прошла реактивная дрожь и отлетела, как стая испуганных птиц.

– Зыбь метр-полтора, ровная.

– Это хорошо, чиф. – Капитан повернулся к старшему помощнику. – Теперь самое важное – вместе с Юрой замечайте на воде изменения цвета и водовороты.

– На карте подводных препятствий нет, – отреагировал третий, молодо и уверенно. – Промеры делали с борта английского эсминца. Это на карте написано.

– Юра, а вы прочитали в лоции, что в акваторию залива эсминец не заходил, съёмку прибрежной зоны выполняли по льду, выборочно, между торосами и полыньями.

– Не читал. А как же тогда мы подойдём ближе?

– Зыбь рвётся и крутится над мелководьем, понимаете, Юра?

– Не понимаю.