Дурацкая история

Просто после ввода координат аппаратура должна быть постоянно включена, а аккумуляторы у нас дохленькие. Не дай бог, локатор плюхнется на землю, а ГАПы не запустятся… Но ерунду несешь уверенно, молодец. Комиссии если что, так и отвечай. Пусть полную чушь, но бодро и молодцевато, там все равно одни замполиты.

Комиссию, прибывшую из Москвы накануне, начальник площадки в полном составе увез охотится на сайгаков. И Оленьку нашу прихватил – столы накрывать и вообще для красоты. Так что вряд ли кто-то из москвичей поутру стал бы задавать мне технические вопросы, но командиру виднее.

Ранним утром наша команда в полном составе, кроме Козлова, была на командном пункте. Козлов с группой разработчиков и оператором должен был встречать локатор в месте посадки. Его задача была – обеспечить съемку исторических кадров и никого не подпускать ближе трехсот метров к работающему РЛО.

Командир надеялся, что, убрав Козлова подальше от аппаратуры, сведет возможный ущерб от действий капитана к минимуму. Как оказалось, надеялся зря.

Включив технику, мы несколько раз провели контроль функционирования кабины Ф9. Девятка – это, собственно, и есть командный пункт системы С-300. Табло контроля за состоянием аппаратуры радовало глаз зеленым цветом: все исправно и готово к боевой работе.

Особое внимание уделялось аппаратуре боевого документирования. АБД – это хороший видеомагнитофон, который записывал информацию с индикаторов и переговоры по громкой связи. Потом специалисты будут много раз все пересматривать и делать выводы, как сработали техника и расчет.

– Семен Семеныч, а где еще две катушки с пленкой? Заныкал куда-то по своей скобарской жадности?

– Не ты ли, Арын Советович, загнал пленку местным туземцам за ведро кумыса?

– Я тебе покажу туземцев, и кумыса больше не получишь! – у Шиманбаева были родственники в Приозерске, и он на самом деле периодически привозил кумыс.

– Не, я без кумыса не могу, привык уже.

Блинков и Шиманбаев учились на одном курсе и были друзья не разлей вода, но стиль общения у них был такой.

Наконец руководитель полетов сообщил, что Ан-124 с нашим грузом взлетел и лег на курс. Звучало это так:

– Хищник Гусиному, птичка с коробочкой вылетела.

Наш командир взял микрофон:

– Хищник принял, ждем.

Хищник – наш позывной, Гусиный – позывной аэродрома.