Я – Ясон. Книга 5

Так это или нет, толком никто не знал, но то, что такой компромат существует, то, что он не мог не существовать, судя по тому, с каким неприкрытым азартом крупные чиновники области лоббировали интересы крупного бизнеса, средние – среднего, маленькие – маленького, сомнений не вызывало.

Поздоровавшись с присутствующими, Дашкевич сел в центре президиума. Заместитель председателя областного отделения Союза писателей, напротив, встал при его появлении и, сделав важное лицо, трижды ударил шариковой ручкой по графину с водой.

– Друзья! Сегодня у нас, литераторов, торжественный день…

Кивнув в такт первым словам оратора, Дашкевич сложил руки на столе. Опустил глаза и принялся думать о том, что на результат его борьбы с губернатором, может так случиться, повлияет не содержание компромата, на что он рассчитывал, когда затевал это дело, а элементарное количество сторонников в разных ветвях власти.

Обдумывая эту мысль, он внимательно осмотрел людей, сидящих в зале пресс-центра, и по их лицам, попытался определить: чью сторону они примут – его или Ревы.

«Депутаты, что находятся здесь, хотелось бы думать, мою. Журналисты, если не будут стопроцентно уверены в том, что я выиграю, губернатора… Остальные?»

Дашкевич задумался над тем: чем будет руководствоваться народ, например, писатели, когда встанут перед выбором: за кем идти.

«Фактами?»

Посмотрев на Романова, с лица которого не сходила глупая улыбка, с сомнением покачал головой. Решил, что руководствоваться они будут главным образом эмоциями и степенью приближенности к той или иной противоборствующей стороне.

«Значит, этот, скорее всего, примет мою сторону… Кстати, почему именно ему я отдал премию?»

Так и не вспомнив, по какой причине выбор пал на Романова, чьи произведения никогда не читал, как, впрочем, и произведения других соискателей, Дашкевич встал со своего места.

Поздравляя его и вручая грамоту, Дашкевич неожиданно для самого себя задался вопросом: как Романов поведет себя, если прямо сейчас взять да и лишить его премии.