Белый олень. Часть 2. Стюардесса

Наскоро промокнувшись полотенцем, кое-как напялил на мокрое тело длинный халат, чертыхаясь, зашлепал босыми ногами по линолеуму к двери.

– Кто там?

–Почтальон! – ответил простуженный женский голос. Помня о криминальной ситуации в городе, Сергей отступил на всякий случай в сторону, сжал кулак правой руки, левой повернул замок, потянул дверь на себя и, прикрываясь ею как щитом, осторожно выглянул. На лестничной площадке стояла немолодая, маленького роста женщина с сердитым лицом.

– Романов Сергей Александрович?

– Он самый, здравствуйте.

– Вам заказное с уведомлением, распишитесь вот здесь, – она ткнула приготовленной заранее авторучкой в то место на бланке, где нужно было расписаться. Сергей торопливо черкнул.

– Это что, я вас прямо из ванны выдернула? – почтальонша смерила его сочувствующим взглядом.

– Да. Вы уж извините, что заставил ждать.

– Ничего, наша работа такая: то из ванны вытаскивать, то с унитаза снимать… До свидания.

– Всего доброго.

Сергей закрыл дверь и прямо в коридоре принялся рассматривать конверт с отпечатанным на пишущей машинке адресом, заинтересованно почесал мокрый затылок.

Письмо было из Управления внутренних дел Центрального района. Значит, что-то о Дадукалове! Нашелся, а главное быстро. Искала ведь не какая-то там Катя-краевед, а МВД!

Сергей уселся в единственное в холостяцкой квартире старенькое кресло, неторопливо распечатал конверт, вытряхнул бланк со штампом областной прокуратуры в левом углу, начал читать текст и тотчас же невольно встал:

«Тов.

Романов С. А., на Ваше заявление направляется справка с имеющимися данными на Дадукалова Андрея Александровича, осужденного Коллегией ОГПУ 21-го августа 1934 года к исключительной мере наказания, расстрелу.

Дело в отношении Дадукалова А. А., 1875 года рождения, уроженца села Вейтелевка Воронежской губернии, до ареста работавшего заведующим бактериологической лабораторией при институте экспериментальной ветеринарии в г. Москве, признанного виновным в том, что является участником контрреволюционной шпионской организации, связанной с японскими разведывательными органами, и занимавшегося вредительством в области животноводства, в связи с чем приговоренного к расстрелу, с заменой заключением в ИТЛ строгого режима сроком на десять лет (ст.

ст. 58—4, 58—6, 58—7 УК РСФСР)

4-го января 1957 года уголовное дело пересмотрено трибуналом Забайкальского военного округа в порядке надзора.