Чёртовы кресты

– Кормитесь за наш счёт, раздуваетесь, упыри! Какие могут быть преступления в истории? Кому всё это надо-то теперь, а? Рамзес вам заявление написал? Или, может, библиотекарь Ивана Грозного свидетелем выступает? Тьфу! – слюна брызнула и повисла на седых усах профессора исторических наук. – Лженаукой занимаетесь! У вас образование-то какое, а? Вы что, молодой человек, закончили, чтоб вот так ко мне вваливаться и задавать идиотские провокационные вопросы?

– Академию МВД я закончил. А на вопросы мои вы уж постарайтесь ответить развёрнуто, иначе к вам приду не я, а ОБЭП.

И поинтересуется на предмет прошлогоднего гранта на исследования катакомб в Царицыно и вашей новой дачи в Подмосковье, вот им вы и расскажете свои настоящие истории, не альтернативные, – Тимур достал диктофон и включил запись.

Кажется, аргумент убедил профессора, он был готов отвечать.

– Итак, Федот Константиныч, скажите, где все документы по строительству Московского метрополитена?

Плечи профессора опустились, седые усы уже не топорщились.

– Я знал, что рано или поздно вы придёте. Не вы, конечно, лично. Но кого-то эти бумаги точно заинтересуют. Когда в августе девяносто первого пришла директива уничтожить всю секретную документацию, я взял грех на душу. Думал, продам потом, хоть за сколько. Время-то какое было. Но вы не помните, наверное.

– Продолжайте, пожалуйста, – поторопил Тим профессора.

– Из документов у нас хранилась одна коробка, я сразу понял, что содержимое её мало чего стоит. Там были какие-то совершенно фантастические цифры.

Даже я, гуманитарий, понимал, что всё подделка. Но коробку сохранил.

– Не продали?

– Да кому она нужна? – профессор тяжело поднялся, прошёл к книжному шкафу, потянул за какие-то золочёные корешки – кажется, это была «Всемирная история» под редакцией Чубарьяна.

Шкаф нехотя отъехал, открывая маленькую нишу. Внутри стояла небольшая пыльная коробка.

– Забирайте. Но я вам точно говорю: всё, что внутри, – ложь. А правду никто никогда не узнает.

Мне уже и не нужно, я старый. Мне бы на дачу, у меня там капуста и парник с перцами. Вы любите перцы? – профессор подтащил коробку к столу.

– Люблю, Федот Константиныч. Спасибо за помощь следствию. Думаю, вас уже никто не побеспокоит. – Тимур отключил диктофон.

– Эх, гранты эти, дачи. Да какие дачи? Курятник на четырёх сотках на границе с Владимирской областью. Быстрее бы пенсия, уйду не раздумывая. Историк из меня бумажный вышел – с института в поле не выезжал.