Театр рыжего демона II. Снова в деле

Солнечное сплетение, подъем ноги, нос, пах… Пострадавший мужик уковылял обратно на свой пост, а Лана неожиданно пришла в такое отличное расположение духа, что даже изъявила желание прямо сейчас выехать на природу, в лесочек, как и планировала ранее ее сестра, но Элька отказалась.

– Давай лучше завтра. Хочу сразу после ужина спать лечь, а то устала, как сивка-бурка: мы с Малышом такими проказниками были ночью, почти не спали… А завтра очень удачно получится: по расписанию, следующие два дня у учеников выходные, их разберут по домам, а мы свободны.

пикничке, чтобы даже лесу жарко стало…

– Огурцы мне, порезанные тонкими кружками, – заказала Элька, забираясь в кровать. Ожидая, когда элементалы выполнят ее просьбу, она вздохнула и сказала сама себе: – Что-то я начинаю сдавать: одна почти бессонная ночь, а я устала, едва стемнело. Совсем недавно была более выносливой, а мой рекорд – несколько суток совсем без сна. Старею я что ли? Глупости! Я же Элька, я не могу постареть.

Она наложила на лицо огуречные кружочки, расслабилась и начала:

– Я выражаю намерение за сегодняшнюю ночь вернуться на год назад… Я с каждым днем, с каждым часом становлюсь все более молодой, здоровой и энергичной… Я всегда и везде выгляжу и чувствую себя сильной, энергичной и здоровой. Я устанавливаю свой возраст на двадцать лет… Нет, двадцать – это явный перебор… На двадцать один год…

Самопрограммирование шло полным ходом, и вскоре Элька не заметила, как провалилась в глубокий сон абсолютно без сновидений, что случалось с ней крайне редко.

Рядом с ней на кровати сидел не очень ясный и расплывчатый силуэт мужчины, в котором все же явственно угадывался… Лордор.

– Ты?! – спросонья не очень удивилась Элька. – Фигово выглядишь, мутно как-то…

Шутить ей сразу расхотелось, когда она осознала, что сыночек ее заклятого врага видит ее физиономию, всю заляпанную огурцами… Хотя, она-то как его сквозь огурцы на глазах видит?

– А-а-а, так ты мне снишься? – догадалась умница.

– Конечно, как же еще мы можем увидеться? – грустно отозвался отпрыск Даркуса. И вдруг спросил: – Ты, наверное, проклинаешь меня, Элеонора?

– Не проклинай своих врагов, они предстанут перед Богом.