Бродяжка

Его лицо также продолжало стремительно разлагаться, но куски не падали на пол как у мёртвого тела, а они просто растворялись, превращаясь в чёрную пыль. Лицо Артено искривилось в гримасе ужаса, который он прежде никогда не испытывал, так что холодный пот проступил не только сквозь кожу, но и сквозь одежду.

– Начнём с простого, кто твой начальник?

***

Зиг, как было велено, подобрал сферу, кинув последний взгляд на палатку. Направившись к воротам, его остановил не то чтобы истошный вопль, а вопль такой силы и такой боли, что он был слышен чуть ли не в деревне.

Сделав шаг, из палатки, с первыми лучами солнца, вышел Лекс. Его лицо было в полном порядке, он радостно махнул рукой, стоящему в ступоре, Зигу.

– Он жив, – Лекс прошёл мимо, замечая его недопонимание, решил успокоить.

Лекс по первым впечатлениям понял, что Зигмунд из тех, кто даже к самым поганым созданиям, которые причинили им боль, будет относиться без ненависти и не сможет сделать зло в ответ. Это давало веру в него. Создание, тем более демон, не способный ответить злом на зло, необычно, как он себе сказал. «Жалко будет, если этот мир его сломает… он слишком добр… хотя всё же он ребёнок. Что же с тобой делать…»,– продолжал он самому себе: «Может он сможет быть нам полезен.

– Мастер Лекс, может, хватит так на меня пристально смотреть… это смущает,– уставившись в пол, слегка покраснел.

– Хах, извини.

– Что вы сделали с ним, что он так завопил?

– Это была его кара, не будем об этом. Я узнал, кое какую информацию. Мне кажется твоё дело…

– Дело?– удивлённо спросил.

– Ну, да. Работорговцы и истребление твоей деревни, а так же где твоя семья.

– Я что-то не понимаю? – выкрикнул он. – Но… но…

– Я палач и это всё вне закона. А если вне законна, то никто не имеет право убивать так просто.

Зигмунд сбил его с ног, кинувшись с мокрыми глазами, и воткнулся в его корсет.

– Эй, отстань! – попытался выбраться, но без успешно.

– Я не верил, что кому-то есть дело до этого. – Сквозь слезы говорил он.

– Эх, пацан… – Лекс вознёс руку ему на голову.