Отделенные

Скорее всего, вчера она с роем прилетела на закате. Днем здесь, наверное, только Твари-разведчики. Думаю, они готовят новое гнездо, хотят отделиться от старого роя.

Последние слова, кажется, ошеломили даже краюху, которая вывалилась из пальцев Рейта.

– Хочешь сказать, где-то есть рой больше этого? – переспросил Лорин.

– Думаю, да. Надо убить матку, тогда они не станут искать новое гнездо, – продолжила Мильхэ, глядя на потрясенных товарищей. – Впрочем, я уже ни в чем не уверена. Гнездо Тварей вне Чащ – это просто невероятно.

– И как ее убить, матку эту… – сказал Фаргрен и покачал головой. – А в старом рое, получается, тоже есть матка. И еще больше богомолов, надо полагать.

– Я думаю, – подал голос Геррет, – стоит проверить, правда ли эта штука привлекает Тварей. Можно окружить ее щитом, чтобы ограничить действие, и посмотреть, прилетят ли богомолы.

– А мантикоры? – напомнил Лорин. – С чего они вместе с этими жуками?

– Видимо, тоже из-за этого. – Геррет посмотрел на пирамидку, в убогом подземелье казавшуюся чужеродной.

Чужой, странной и зловещей. Мерцание ее было совсем незаметным при свете.

– И вы оба не почувствовали этого, когда мы пришли в деревню? – спросил Рейт.

– Некоторые вещи можно найти, только когда знаешь, что искать, – буркнул Геррет, сердито сверкнув глазами.

– Ладно, ладно. – Рейт примирительно поднял руки. – Значит, ждем и смотрим, будет ли рой здесь вечером.

На том и порешили.

После обеда они сделали вылазку на поверхность.

Наемничья память, будто девичья – о том, как чуть не сдохли, забывают почти сразу. А в их случае это было очень давно, аж вчера.

Как докладывали наблюдатели, по деревне ползало всего семь-восемь богомолов. Разделались с ними, как с утками – отстреляли после того, как Твари взлетели. Это сравнение выдал Рейт: для такого требовался особый склад ума.

Первым делом разведали место, где вчера сидел рой. Днем масштабы бедствия стали видны лучше некуда: богомолы старательно перекопали всю северную часть деревни.

И зачем они занимаются сельским хозяйством? На дне рва копошилось всего несколько Тварей, и их быстро прикончили. Тоже по-утиному. После во рву покопошилась ледяная ведьма. Она что-то шептала по-эльфийски, разглядывала мертвых жуков, хотя никаких их частей не собирала. Но все равно немножечко оттаяла.

«Может ли быть от них хоть какая-то польза?» – подумал Фаргрен, с отвращением стряхивая с сапог хитиновые ошметки.