Отделенные

В моем распорядке нашлась свободная минутка, какие бывают весьма редко, и я решила попытать счастья.

Рыцарь вдруг подумал, что с главой Всесвета дела вести куда приятнее, чем с большинством знатных особ. И вовсе не из-за декольте!

– Магистр Нирия, – сказал он, тоже улыбаясь, – прошу, пройдемте в более удобное место. А если вы перестанете говорить столь витиевато и длинно, то мы успеем обсудить гораздо больше.

– Вы слишком добры, милорд, – ответила Нирия и снова присела в реверансе.

Рыцарь подал ей руку и повел в кабинет.

Об этой женщине Эйсгейр знал многое, хотя лично с ней общался мало: разведчики в Эйсстурме не зря свой хлеб жевали. Впрочем, порочащих Нирию сведений не удалось нацедить ни капли. Знать могла сколько угодно обсуждать, что она простолюдинка, что трудилась в юности на полях, работала когда-то служанкой в трактирах и у богачей, но все это не преступление. Никаких грязных дел за ней не водилось. Либо она так хорошо их прятала, что не пронюхали бы и скорпикошки.

Он любезно пропустил ее вперед в кабинет и закрыл дверь.

– Теперь прекрасная госпожа может, нисколько не стесняясь, изложить свою просьбу, – сказал рыцарь и не удержался от улыбки: просил говорить проще, а сам продолжает сыпать цветистыми фразами.

– Как милорд наверняка знает, – начала Нирия, усаживаясь за стол, – я веду небольшое дело.

«Небольшое? – хмыкнул про себя Эйсгейр. – Чуть ли не захватила весь рынок косметики и женских штучек в Зандерате».

– Мне бы хотелось расширить его и на Северные земли. Да, знаю, на юге ваших владений мои товары уже продаются, и весьма неплохо, но не позволите ли вы, так сказать, начать прямо с Эйсстурма?

«Я уж решил, будто что-то серьезное…» – с облегчением подумал рыцарь.

– И какая же помощь требуется столь умной женщине?

Нирия чуть покраснела. Но это была не похвала или лесть, а факт. Можно сказать, общеизвестный. Не будь у нее ума, стала бы она главой Всесвета? Нирия добилась многого, причем без связей и денег.

Именно Нирия добилась самоуправления Всесвета. Сразу после этого она снизила многие пошлины, и торговля, которая и без того процветала в этом богатом городе, пошла еще лучше.