Белый архив

В прошлый раз он не дожил до этого момента, а мать… впрочем, осталось загадкой, почему она сразу не уехала к моему деду. Может, не смогла так быстро оставить могилу мужа в другой стране, может еще что. Но, когда родственники все же уговорили мать ехать, случилась беда. Банк заморозил сбережения. Не только её, всех жителей Советского Союза. Она застряла в Ташкенте на целый год, зарабатывая денег, чтобы покинуть страну. Тяжелые были времена.

И вдруг я понял. Мать была не права! Не права, уговаривая отца отложить покупку машины.

Любой тупица знал, что союз развалился в конце 91-го года. Поскольку я был немного умнее тупицы, я еще и знал, когда банки перед этим заморозили все вклады, а произошло это в январе. В следующем месяце родители имели все шансы потерять свои деньги.

Осознав эту истину, я чуть не подавился кашей. Да, в этот раз ситуация складывалась удачней: отец не умер, он зарабатывал и был в состоянии кое-как содержать семью. Но, зная то, что произойдет, я не мог спокойно наблюдать, как семья лишается средств для существования.

Если отец уступит, а все к тому и шло, у него не будет ни машины, ни мотоцикла, ни денег. Едва я успел об этом подумать, как отец пожал плечами и сдался.

Черт возьми, его нужно было срочно заставить бороться за свое желание. Пусть уж лучше купит машину, которую потом в случае необходимости можно будет продать, чем совсем останется ни с чем. Дело оставалось за малым – придумать невероятный способ, каким 9-и месячный малец заставит взрослого мужика снять деньги с книжки, и потратить их на автомобиль.

Или хотя бы просто снять деньги. Как, вашу мать, это сделать?

Час от часу не легче.

***

Мой первый, в новой жизни, праздник нового года прошел по большей степени мимо меня. После полуночи мать уложила меня спать – и на этом весь праздник. Даже в тюрьме разрешали «праздновать» до часу ночи. Но я не расстроился. Вот уже несколько дней все мое время занимал мыслительный процесс касательно новой проблемы. А думать было легче как раз ночью, в тишине.

К 2 января я вынужден был признать, что зашел в тупик. Каждая следующая идея оказывалась бредовее предыдущей, и даже более-менее приемлемая отличалась своей невероятной тупостью. Иногда мне хотелось плюнуть на все, взять ручку с бумагой и ошарашить отца подробным письмом, почему ему немедленно стоит бежать в банк за деньгами. Но этим я мог нарушить что-то в его и маминой психике, поэтому вариант был неприемлемым.