Тень Тьмы

Теперь Баш полусидит, опираясь на колени брата, а Кас снятой футболкой зажимает ему рану на горле.

Кровь на досках пола напоминает грубую абстрактную картину, смазанную, липкую и быстро разрастающуюся.

Её слишком много.

А Баш чересчур бледный. Мертвенно-бледный.

– Шевелись, Дарлинг, – зовёт Кас срывающимся голосом.

Я мчусь к нему, падаю на пол, поскользнувшись в крови, поднимаюсь. Вместе мы прижимаем полотенца к горлу Баша.

Где Пэн? Или Вейн? Если Пэн вернул свою тень, возможно, у него получится что-то сделать.

Взгляд у Баша остекленевший и отстранённый.

– Что нам делать? – спрашиваю я.

– Не знаю, Дарлинг! – огрызается Кас. Он на грани слёз. – Я, мать твою, не знаю.

Он держит брата на руках, прижимая к груди.

– А могут фейри… я имею в виду… вы способны исцелиться?

– Да, но от такой кровопотери… – Он стискивает зубы и крепко зажмуривается. – Её правда слишком много, – заключает он, снова взглянув на меня.

Я сглатываю, пытаясь справиться с подступающим к горлу комом, и беру руку Баша в свою.

До того как я попала в Неверленд, до встречи с близнецами, я даже не верила в фей.

Чёрт, я чуть не убила Каса, когда сказала, что не…

Стоп.

– Кас.

Он смотрит на меня, но едва ли видит.

– Помнишь, ты мне говорил, если произнести вслух, что не веришь в сам-знаешь-кого, то это убьёт тебя?

Он облизывает губы. По лицу у него размазана кровь.

– Да, я помню, – откликается он дрогнувшим голосом.

– Такая простая фраза – и такое мощное оружие. Верно же?

– К чему ты клонишь, Дарлинг?

– Должно быть, это какая-то магия?

– Думаю, да.

– Тогда что случится, если сказать наоборот? Что будет, если сказать: «Я верю в фей»?

Баш дёргается и издаёт сдавленный стон.

Кас переводит взгляд на брата, затем снова смотрит на меня, широко раскрыв глаза.

– Давай ещё раз.

– Я верю в фей. – Я стискиваю руку Баша. – Я верю в фей.

Баш делает сиплый вдох.

– Ещё раз, Дарлинг.

– Я верю в фей!

Баш перекатывается из рук Каса на пол на четвереньки и втягивает воздух.

– Срань господня, – бормочет Кас. – Охренеть. Это сработало.

– Ты в порядке? – спрашиваю я у Баша. Борюсь с желанием дотянуться до него и потрогать.

Он снова переворачивается на спину, моргает, глядя на потолочные балки.

– Грёбаный ад, – говорит он.