Уже не я

– Что, черт возьми, произошло? – выругалась Мэри, глядя на то, как двое волонтеров поднимали бессознательное тело Юкии.

Она окрикнула Оотуби, который также в недоумении стоял и вращал своими огромными дикими глазами, чтобы тот пошел за Блэймом, он тут же отправился за ним.

***

– Что значит поставить метку? – спрашивал черноволосый юноша у девушки в черном латексном платье и в высоких сапогах из того же материала, стоящей возле огромного окна, за которыми мигали тысячи огней мегаполиса.

– Показать другим, что этот «сабмиссив» принадлежит тебе, то есть «дому», – ответила она, чем повергла другого парня с длинными каштановыми волосами в истеричный смех. Не обращая на него внимание, она продолжила, медленно подходя к парню с черными, как ночь, глазами. – Чтобы никто не смел прикасаться к собственности «дома».

– Как ты это сделаешь, Эшли? – тихо прошептал он ей в ухо, когда она подошла совсем близко.

– Сегодня ночью к тебе никто не подойдет, – она обхватила своими сильными руками его тонкую шею и запрокинула голову назад, – все увидят, что ты мой.

Она прижалась ртом к его шее и зубами оттянула нежную кожу, оставляя на ней отпечатки своих зубов. Гримаса боли исказила лицо юноши, но отталкивать он ее не стал.

– Чокнутая! – парень с каштановыми волосами съехал с дивана на пол и продолжал смеяться. – Может, не пойдем в этот клуб, а пойдем ко мне в спальню? – Предложил он двум своим гостям.

– И оставить такую красоту в мятых простынях, – ехидно улыбаясь ему, проговорила она, целуя в шею парня, которого только что укусила.

– Сэм, давай вставай, будет что-то просто дух захватывающее, – с озорством в голосе проговорил он, пока девушка за руку утягивала его к выходу из квартиры.

Сэм что-то ответил, но он не услышал, что именно, девушка продолжала утягивать его, как вдруг он услышал хруст стекла под ногами. Он посмотрел вниз и увидел осколки от разбитой бутылки на кафельном полу.

– Что ты делаешь? – в испуге прошептал он.

Но парень не слушал, лица тоже было не видно, только огромные руки начали рвать на нем одежду.

– Сэм, ты что, совсем рехнулся! – прокричал он.