Их темная Дарлинг

– Дарлинг! – повторяю я и снова взлетаю, чтобы не тратить время на лестнице.

Слышу с чердака визг, затем рычание, попугаи взмывают с Небывалого Дерева пёстрой волной.

Очутившись возле спальни Дарлинг, я чувствую мускусный запах волчьей шкуры. Изнутри доносится женский голос, дрожащий от страха. Я распахиваю дверь настежь и вижу забившуюся в угол Черри. А волк, стоя в изножье кровати Дарлинг, рычит на меня.

Дарлинг лежит на боку, укрытая тонкой простынёй, и крепко спит.

Я подхожу ближе. Волк издаёт предупреждающий рык.

Я не говорю на том же языке – пока, – но прекрасно знаю, что он может чувствовать намерения, особенно мои. Если дело дойдёт до выбора между жизнью волка или Дарлинг, я знаю, кого выберу.

И ему стоило бы это знать.

Предупреждение есть предупреждение.

– Вон, – приказываю я.

Однако он ещ? раз рычит на меня, а затем, потоптавшись на кровати, сворачивается клубком рядом с Дарлинг. Но глаза у него открыты и смотрят на меня с вызовом, словно он проверяет, осмелюсь ли я подойти ближе.

Что, чёрт возьми, происходит?

– Черри! – зову я.

Она откликается сдавленным всхлипом, дрожа как осиновый лист.

– Черри, ты в порядке?

Судорожно хватая ртом воздух, она вытирает нос.

– Я в порядке. Всё нормально. Я…

Судя по её воспалённым глазам, она проплакала гораздо дольше, чем последние несколько минут.

Всё идёт не так.

Всё какое-то неправильное.

Но я не уверен, что моё чутьё не искажает перестройка тени.

– А с Дарлинг всё хорошо? – спрашиваю я.

Черри громко сглатывает и опирается на стену, пытаясь встать.

– Она… я…

У меня за спиной Вейн врывается в комнату и бросается к кровати, но, услышав волчий рык, останавливается.

– Что за херня здесь творится? – возмущается он. – Почему этот волк в постели Уинни?

– Без понятия, – отвечаю я. – Я знаю не больше твоего.

Вейн смотрит на меня, как на конченого мудака.

– Хорошо, тогда почему она спит в своей постели? Я специально сказал ей спуститься в твою гробницу.

Глаза Черри снова наполняются слезами, и она мотает головой, её нижняя губа дрожит.

– Черри! – рявкает Вейн.

– Я не знаю! – вопит она, зажмурившись, и снова заливается слезами.

– Эй, – говорю я Вейну. – Иди-ка выпей.

Он хмуро смотрит на меня, и его глаза снова чернеют.

– Что-то не так. – В его горле низко вибрирует голос тени, и волк заинтересованно поднимает голову.

Я хватаю Вейна за плечо.