Неприрученное сердце

Ведь Клинт месяцами не занимался руководством Уайлд-Спрингс. Годами.

– Не со всеми, Джастин. Только с последней. – Он набрал имя женщины на компьютере.

Эта рыжеволосая красотка, встреченная им в магазине подарков, могла бы подойти. Блуждая по магазину, она была очень напряжена. А многих ли женщин напрягает поход по магазинам?

Помощница Джастина открыто глазела на Клинта, как будто он только что выбрался из канализационного люка. Вообще-то Симоне была его помощницей, но она столько работала с Джастином, что Клинт уже и забыл, как она может смущаться.

– В какое время этот парень приходит? – Он напечатал второе имя.

– Он не придет. Он сегодня ушел.

– Так мы можем назначить миссис Карвелл?

– Я не уверен, будет ли она...

– Она здесь. Давай вызовем ее через десять минут.

Джастин пристально смотрел на брата:

– Куда же, по-твоему, должен убираться я, пока ты пользуешься моим кабинетом?

– А куда ты обычно убирался до того, как обзавелся кабинетом?

Клинт не часто разыгрывал роль старшего брата, а роль босса – еще реже.

* * *

Через восемь минут, уже выбритый, развалившийся в кресле Джастина, Клинт щелкал клавишами компьютера, открывая файл Роми Карвелл. Машинально он отметил ее брачный статус. Мать-одиночка. И проходила собеседование на роль координатора безопасности.

Размышления прервал голос помощницы:

– К вам миссис Карвелл.

Клинт закрыл сайт и поднялся. Роми Карвелл, может быть, и не слишком подходит, но все же она женщина, а перед женщиной, по его мнению, мужчина должен вставать.

Вошла Роми, вежливо улыбнулась Симоне и остановилась, увидев, кто ее ждет: «Ты?!» Правда, вслух она этого не произнесла.

– Добро пожаловать в Уайлд-Спрингс, миссис Карвелл. Я Клинт Маклейш.

Она справилась с собой буквально в долю секунды и спокойно опустилась на стул. И уставилась на него удивительными серыми глазами. Пепел сражений.

– Вы всегда так оценивающе разглядываете потенциального работника перед собеседованием? – спросила она, вспомнив их предыдущую встречу.

– По обстоятельствам. – Он опустился в кресло Джастина и стал разглядывать сидящую перед ним женщину.

«Нервничает, но скрывает. И очень обрадуется, когда поймет, что ее приняли.