Черный волк

– Нормально, – коротко отозвался МВД.

– Подумать только. Девяносто три погибших, один в коме, а у вас всего пара ушибов и гематом. Невероятное везение.

– Насчет пассажиров я не был бы так уверен.

Романов не стал уточнять у Миронова, что он имеет в виду, а просто взглянул на своего бывшего коллегу через зеркало заднего вида и сказал:

– Я очень рад вас снова видеть, Виктор Демьянович. Вы даже не представляете как…

Миронов в ответ мягко улыбнулся.

Они приехали к Арсению на квартиру через двадцать минут.

Шли осторожно, без свидетелей. МВД сразу пошел в душ, а потом накинул на себя те вещи Сени, которые подходили ему по размеру.

– У нас, возможно, не так много времени. Сюда могут заявиться.

– Не заявятся, – уверенно произнес Романов. – Я здесь не прописан, и мало кто знает, где я живу. Можно даже сказать, что никто. – Он подмигнул Миронову. – Беру пример с вас, шифруюсь.

– Прости, Сеня, так было надо, – виновато промолвил МВД.

– Я понимаю.

Но вы же мне все расскажете? Не терпится услышать.

– Боюсь, с этим будут проблемы, – опустив взгляд, произнес Виктор Демьянович. – Я, видимо, от удара или от шока мало что помню. Вернее, помню, но очень отрывочно. Какие-то моменты вообще как белые пятна.

– Ретроградная амнезия.

– Что?

– Потеря памяти о событиях, предшествующих травме, не обо всех, но о многих. Также проявляется при травматических шоках. Воспоминания со временем вернутся. Возможно, не в полной мере, но должны вернуться.

– Я чувствую, что нет времени, я должен вспомнить как можно быстрее.

– Ну, мы можем попробовать клинический гипноз, как тогда с мальчиком. Это вы помните?

– Помню, – ответил Миронов.

– Но это может вас запутать или сильно утомить мозг, навредить. Здесь я не берусь давать гарантий.

– Валяй. Кроме памяти, терять нечего, – отрезал МВД.

– Сейчас?

– Немедленно.

Арсений включил в колонках расслабляющую музыку для медитаций, почти как тогда, пять лет назад.

Он до сих пор был в шоке от произошедшего и до конца не верил, что Миронов жив и сейчас перед ним сидит не самозванец, не плод воображения судмедэксперта, а его бывший коллега, друг и товарищ, которого все давным-давно похоронили и забыли, как болезненное досаждающее воспоминание.

Виктор Демьянович лег на диван, закрыл глаза и тоже подумал про тот вечер пять лет назад. Его он помнил хорошо, даже слишком.