Обезличенность. Книга вторая

– Джон, не ругай её. Она ещё не оправилась от переезда, – услышал я женский голос

– Эмма, посмотри на это! Бутылки, беспорядок. Эй! – послышался звук удара кого-то газетой. – Подъём! Хозяева дома!

Затем послышалось какое-то мычание, а я решил переместиться в коридор и таки надеть свои штаны. Едва начал их надевать, как из кармана с предательским звоном вывалились ключи, повиснув на ленте, зацепленной карабином за ремень, чтобы не потерять…

– Джон, я что-то слышала наверху…

– Наверняка один из дружков.

– Ты кто? – опешив от увиденного, спросил он, застав меня за застёгиванием ремня.

– Курьер хорошего настроения. Подрабатываю ремонтом труб, – подмигнул я ему, поскольку стало ясно, что деваться мне особо некуда.

– Кто тут? – в проёме показалась обнажённая Сара.

– Водопроводчик, значит? – лицо его покраснело так, что можно было прикуривать.

– Слушай, дядя, – я застегнул-таки ширинку, – газовые трубы я не прочищаю, и тебе не советую. Там и пахнет плохо, и опасное дело, а со спичками – вообще не подходи.

– Ах ты, сукин сын! – он схватил зонтик, и было замахнулся на меня.

Я быстро сообразил, что открытая дверь одна – комната, из которой торчит голая деваха и натурально офигевает от происходящего, поскольку даже рот раскрыла.

– Милая, подвинься, – я рванул в её сторону, оттолкнул и подбежал к окну, за которым скрывался балкон, а папаша Джон забежал за мной.

Выйдя через закрытую стеклянную дверь и получив пару царапин, я бегло осмотрелся и спрыгнул с перил балкона, разорвав штаны на заднице прямо по шву, отчего пока бежал через технический проезд между задними дворами приятный утренний бриз с океана обдувал мои филейные части. Особенно это было оценено парой бездомных, пасущихся возле баков. Под их улюлюкание, прихрамывая, я добежал до «Шеви Вэна» своего товарища Андрюхи, или же Эндрю, как он называл себя на американский манер, хотя вырос где-то под Костромой.

Велюровый салон тридцатилетнего авто точно меня не обрадовал, поскольку давно нуждался в химчистке, но что поделаешь, жить захочешь – не так раскорячишься. Мотор довольно заревел всеми восемью цилиндрами, и я был таков.

Агломерация Сан-Сан бурно разрослась на западном побережье. Дом, в котором я был, скорее всего, принадлежал недавно переехавшему сюда корпорату.