Солнечные бароны. Организованная преступность

Мой супруг Игорь

умеет готовить в совершенстве и немного меня этим

балует, конечно, когда он дома и в настроении. Если ко-

ротко, то дома он бывает мало, да и настроение у него

бывает разное. С гораздо большим удовольствием он

балует нашего пса шнауцера, который умеет это для

себя выпросить. Мы зовём нашу собаку Эйнштейном.

Похоже, что он в семье самый умный и, слава богу, не

умеет разговаривать. Он решил взять на себя бразды

правления в семье и обожает тропическое небо. Он уме-

ет плавать, но мы этого не знали, пока ему не исполни-

лось два года, потому что он делал вид, что терпеть не

может воду.

стрировал, когда к нам как-то пришли гости. Я терпеть

не могу, когда кто-либо, за исключением моего мужа и

меня, лезет в наш бассейн, особенно с учётом того, что

до моря рукой подать. Друзья, подогретые бокалом ле-

дяного шампанского марки Pommeri, хотели освежить-

ся. После икры белуги, яиц, слив и сметаны они решили

поплавать в нашем бассейне.

Эйнштейн, который до той поры целый день сле-

дил за событиями со своей подстилки, причём вовсе

«Солнечные бароны»

не нейтрально, решил воспротивиться их намерениям. Прыгнул в воду и начал плавать, как будто делал так по несколько раз в день.

Он крутился, нырял, плавал, плевался, плескался,

вытворял бог знает что, и никто не мог быть уверен в

том, что он заодно не помочился в воду. На каждого,

кто приближался к бассейну хоть на полшага, он скалил

маленькие зубки, ворчал и плыл к очередному наруши-

телю из числа наших гостей.

ное животное, очевидно, потеряли интерес и пошли ку-

паться в море. С тех пор мы знаем, что Эйнштейн умеет

плавать, что он не мочится в бассейн и не плюёт в него,

что не любит гостей независимо от того, откуда они, и

не любит, когда кто-то лезет в его бассейн. То, что он

выносит только некоторых людей, мы узнали за время

нашей жизни на этом прекрасном острове, который был

создан Богом, по-иному рай я даже не могу себе пред-

ставить.

V

Он очень любит моих друзей с бывшего места работы,

если можно так назвать всемирную организацию NWO,

где я провела почти сорок лет. Однажды, когда это бу-

дет возможно, я опишу практики «мира», из которого

не уходят ни на пенсию, ни на заслуженный отдых, ни в

отпуск, просто уйти из него можете только в гробу. Но

об этом как-нибудь позже.