Страшные сны визуализатора

После игры в гольф, в которой Стивен не показал сколько-нибудь серьёзных успехов, хозяин пригласил Стивена в бар, на втором этаже которого, находились кабинки, позволяющие гостям вести конфиденциальные беседы в уединении. Здесь они и остановились, чтобы переговорить, пока остальные члены клуба занимались игрой.

– Скажи мне Стивен, – спросил шеф, после того, как они подняли бокалы за встречу и прекрасную игру на природе, ты ведь знал что Евгения моя внебрачная дочь?

Стивен выразил полное недоумение, и это было правдой.

– Евгения мне много рассказывала о тебе, и я склонен с ней согласиться.

– Тебя действительно могут ожидать и великолепная карьера и продвижение по служебной лестнице, если ты не будешь делать грубых ошибок и станешь прислушиваться к моему мнению и мнению той части общества, которая является членами нашего закрытого гольф клуба, – продолжил он свой монолог.

– И я даже могу тебе в этом помочь.

Стивен выпил ещё одну стопку виски и кивнул. Он знал, что не стоит прерывать шефа, когда тот о чём-то рассуждает. Будучи не глупым человеком, Стивен всегда старался выслушать своего собеседника до конца, и это не раз помогало ему в работе, которая требовала от него не только знаний финансового и юридического законодательства, но и умения разбираться в людях, которые являлись твоими клиентами или собеседниками.

– Для начала я хочу поручить тебе одно дело, которое является для меня личным, – сказал шеф и внимательно посмотрел на своего партнёра по игре в гольф.

– Если ты с ним справишься, то тебя ожидает прекрасное будущее. Это дело может стать великолепным началом твоей будущей карьеры, и я сделаю, всё от меня зависящее, чтобы у тебя всё получилось, – сказал он.

– Тем более, что ты можешь стать членом моей семьи, – отметил банкир.

– Конечно, я постараюсь вам помочь. Но не могли бы вы посветить меня в детали предстоящей операции? Спросил Стивен, которого заинтересовал таинственный тон, которым был произнесён данный монолог. Шеф никогда раньше с ним так не говорил.

Ему не терпелось услышать рассказ Аарона Шлейтера, который был его непосредственным руководителем и сейчас вёл с ним эту конфиденциальную беседу.