Черные ирисы

ГЛАВА 8

В полночь Рамона провела женщин через служебный выход. Быстрым шагом они направились к реке, перешли через мост и оказались возле высокой ограды. Ночь пугала своей тишиной и таинственностью. Шорохи заставляли их испуганно прижиматься друг к другу.

– Чувствую себя Джеймсом Бондом, – прошептала Мадлен, оглядываясь по сторонам.

Она подошла к каменной ограде, прикидывая, как перелезть через нее. Потрогала руками выступы и недовольно поморщилась.

– Здесь можно обломать все ногти. Хорошо, что тут растет плющ.

Надеюсь, он поможет нам выбраться отсюда.

Продолжая ворчать, она нащупала одной рукой выступ, второй схватилась за тонкие ветви плюща, увившего каменную ограду, и подтянулась. Довольно быстро она забралась наверх и подала Ольге руку. Уже через минуту та сидела рядом с Мадлен.

– Придется прыгать, – подумав, сказала Мадлен. – Высоковато, конечно. Но что поделаешь, летать мы не умеем.

Они ловко спрыгнули вниз. Мадлен прошла по узкой тропинке вперед, высматривая машину, которую для них должна была оставить Рамона.

– Вот морщинистая задница, – пробурчала она. – Она, наверное, решила тачку подогнать прямо к Лондону. О! Вижу!

Старый «Ровер» одиноко стоял в кустах. Мадлен достала из кармана ключи и отключила сигнализацию. Раздался тихий щелчок, и машина мигнула фарами. До Лондона они ехали молча. Уже в городе договорились, что Мадлен поможет Ольге собрать чемоданы. Затем Ольга поедет за детьми в Брайтон, а Мадлен тем временем возьмет такси и направится в Хитроу за билетами.

Они встретятся в аэропорту, попрощаются, Ольга с детьми улетит в Буэнос-Айрес, а Мадлен вернется обратно в центр «Вирджиния Голд».

В Мейфэре было тихо. Машина неспешно продвигалась по улицам этого аристократичного района. Создавалось впечатление, будто изысканные особняки, насквозь пропитанные снобизмом и надменностью, с недоумением поглядывают на неуклюжий «Ровер», гадая, каким образом это неказистое авто оказалось в их обители. Машина проехала несколько улиц и свернула на ту, где находился старинный дом, вот уже два столетия принадлежавший де Койнам.

Мадлен заглушила мотор и вышла из машины вслед за Ольгой. Они быстро открыли калитку и оказались в большом саду. Он был слабо освещен, но Ольга уверенно двигалась по узкой дорожке, направляясь к дому. В окнах не было света, особняк мирно спал.

Ольга постояла несколько минут на террасе, затем опустила голову. Она считала небольшие каменные плиты, которыми был выложен пол террасы.