Попутчики

У всех одно и то же: порезы, колотые раны, следы пыток, ну и присущие воронам жестокие увечья. Все как всегда. Ему уже порядком надоел тошнотворно-сладковатый запах тухлого мяса, который привлекал назойливых мух. За много лет службы вороноборцем он так и не научился подолгу переносить этот смрад, как его наставник Веренд. Клейнар вышел на улицу со спокойной душой, теперь он знал, что в городе около семи или десяти воронов. Ночью он начнет охоту, а пока есть время подготовиться, желательно как можно лучше.

Городскому шуму Клейнар предпочитал стрекотание сверчков, свет луны, запах травы и легкий ветерок, поэтому всегда возил с собой маленькую палатку и раскладывал ее недалеко от города, к тому же такой способ часто выручает во время больших остановок на пути.

Вернувшись в свой переносной дом, Клейнар с горечью вспомнил, что все целебные эликсиры, отвары и припарки, которые ему любезно приготовила медичка Анна, были очень удачно забыты в Охотничьем пределе.

Рынок, вопреки ожиданиям Клейнара, был довольно спокойным местом. Торговцы зазывали ротозеев-покупателей, выкрикивая различные комплименты своим товарам. Люди потихоньку подходили к прилавкам и совсем не толпились, не толкали друг друга, одержимые желанием ухватить рыбу побольше и одежду покрасивее, как он замечал, например, на рынке города Танкенберга.

– Чем обязан такой чести? – Травник удивился присутствию вороноборца у его лавки. – Что бесстрашный защитник магов желает?

– Мне нужны валиголов, данвисил, души трава, цветы эгинатума.

– А листочки не надо?

– Нет. И еще корень лонелии.

– Угу. Вот, прошу. – Торговец выложил три небольших бархатных мешочка. – Что, решили побаловать себя дурманом?

– Скорее, наварить всякой бурды, чтобы получить шанс на выживание.

– Ну что вы, я буду рад помочь вашему славному делу, берите за мой счет.

– Спасибо, – тихо поблагодарил Клейнар.

– Если бы не ваш орден, мою женушку уже давно бы закопали. Мне вот интересно, как там у вас, вороноборцев, дела? С воронами-то справляетесь?

– Их стало… меньше.

– Воровка! Держи ее! Держи! – раздалось над рынком.

Клейнар обернулся.