Отец и грешник

– Ты ведь знаешь, его всегда было трудно понять. Он занят своими мыслями и не особенно любит ими делиться с окружающими.

– Где он?

– Сказал, что ему нужно посмотреть. Чтобы это ни значило.

– Вот оно как, – Радомир с тяжестью поднялся и огляделся по сторонам, догадываясь, где может найти его. – Тогда пойду поищу его. Пригляди, пожалуйста, за домом.

– А если Малин окажется прав? – неожиданно спросил Анслав, когда он уже развернулся. Радомир не спешил оборачиваться, он неохотно ворошил эту мысль в своей голове.

Что, если Малин прав? Тогда этот Алексий окажется бандитом, похитившим девочку. «И что я буду делать?» Странное дело, он ощущал некоторую отрешенность. В конце концов, если он не справится, то в опасности окажутся, возможно, очень многие или даже все девочки на свете. А еще она.

– Там поглядим, Слав.

Странник решил подняться на небольшой холм впереди. Если он хорошо знал Вили, а он знал, то тот должен был находиться именно на холме, откуда открывается хороший обзор. Вилман всегда любил одиночество в таких местах, что позволяли охватить взглядом все, что было вокруг.

Странная отчужденность, смешанная с желанием быть в курсе всего.

Вилман стоял именно там, где и должен быть. На самом краю холма, словно зависнув в воздухе возле одиноко покосившейся березы, которая вскоре должна была упасть со склона.

– Ты чувствуешь что-то важное, Вили? – он был единственным, кто кроме Радомира ощущал присутствие скверны. И даже более того. Вилман словно видел еще что-то, что ускользало от его собственного взгляда.

Будто взору призрака открывался еще и какой-то другой мир. Друг стоял без ответа, лишь пламя медленно и лениво подрагивало.

– Вили?!

Тот не отвечал. Радомир с опаской приблизился, осторожно ступая на самую кромку холма. Друг ничего не весил, а вот он может свалиться, сломав себе ногу. Голубой огонь подрагивал совсем рядом, но Радомир не чувствовал ничего, кроме обжигающего холода. Взгляд призрачных глаз был прикован к одной точке.

– Ты меня слышишь? – предпринял он еще одну попытку, и будто посылая этот вопрос в саму голову из огня.

Вилман вздрогнул.

– Разрыв растет, – медленно проговорил призрак, почти не шевеля своими странными губами.

– Какой разрыв?

– Хуже…определенно хуже… – шептал друг, не обращая на него внимания. – Их все больше…

– Да, я тоже заметил…

– Судья здесь.

– А? Какой судья?

– Все еще хуже, чем я думал.

– Вилман, поговори со мной.

– Они ищут его, чувствуют присутствие.