Отец и грешник

Видишь, отец, какая девочка у меня смелая? Сама сказала. – он приблизился и неловко потрепал ее по голове, улыбаясь, как идиот.

«Все-таки не немая. Это плохо».

– И вправду смелая, – согласился Радомир, нахмурившись. Потом лицо его немного разгладилось. – А годков тебе сколько, Алена?

Бевз повернулся к девочке, ожидая услышать ответ. Та неловко переводила взгляд с одного на другого, но молчала.

– Давай же, Алена. Скажи дедушке, – старик издал какой-то булькающий звук, но Бевз не обратил внимания, если не скажет сама, то он ответит, что восемь лет – вид у нее небольшой, хрен этих детей различишь, сколько им.

Девочка немного покраснела, по-прежнему глядя куда-то между ним и стариком, и выпятила свою маленькую ладонь с растопыренными пальцами, а потом добавила к ним еще три.

– Восемь, – радостно улыбнулся Бевз.

– Ага, я уже понял, – кивнул святой старец. – Считать умею.

«Прекрати вести себя, как идиот! Не орел, а дохлая курица какая-то. Даже этот тупой блаженный странно смотрит!»

– Устала? – спросил Бевз, желая поскорее сменить тему.

Мелкая, была вроде не против. Или хотела выколоть ему глаз, кто разберет этих детей? Он осторожно взял ее подмышки и, подтянув, посадил на шею, маленькие ручки тут же впились ему в голову, а одна ладошка наполовину закрыла обзор.

– Эй, я так ничего не вижу, убери руку, Алена. Алена! – но девочка держала его довольно крепко, наверное, испугалась.

«Надеюсь, ты не собираешься сидеть на мне весь день, мелкая говняшка».

– Понимаю. С детьми не всегда просто.

– А у вас есть дети, святой отец? Успели пожить по-мирски? – не смог скрыть он похабной улыбки.

– Нет, у меня никого нет. Я один. Тебе повезло, Алексий, что у тебя есть дочь.

– О, да. Каждый день себе об этом говорю.

Какое-то время они шли молча. Это его полностью устраивало, он с удовольствием взял передышку, чтобы получше все обдумать. Будет нехорошо, если он проколется на какой-нибудь мелочи. «Нельзя себя со стариком вести странно, а то, чего доброго, заподозрит. Придется переломить эту тонкую, жилистую шею, журавлику. А девчонку можно в лесу бросить, все равно толком ничего объяснить не сможет». Однако, это был запасной план. Оба нужны были для прикрытия.