Апокалипсис Всадника

Имея беспрепятственный доступ в кабинет отца и подобрав правильную комбинацию сейфового замка, Лелик наткнулся на объемистую пачку «зеленых», припрятанную папой на элитных шлюх и другие представительские расходы. На украденные бабки мы гуляем в столичных барах, кутим в ресторанах и помаленьку прикупаем себе бандитскую экипировку.

***

Зима, белесая стынь за окном, лай ворон. В комнате зябко, но в жилах бесится кровь, разгоряченная обильной дозой спиртного. Опустошенные бутылки коньяка, портвейна, винища валяются на столе, на полу, на диване вперемешку со школьными учебниками.

На моей кровати Лелик ебет в жопу свою одноклассницу. Пьяная в хлам, готовая трахаться с кем угодно и куда скажут, она успела заблевать мой красивый плед с задумчивым тигром и нахулиганить в подъезде. Соседи притихли. Они знают, что над головой – шалман.

Одно время здесь жил Врайтер с новой супругой. Будучи удачлив в вопросах недвижимости, он не теряет надежды вымутить арендуемую однушку в собственность. Чтобы хата не пустовала, в нее вселился сынуля, подрастающий алкоголик и вполне сформировавшийся распиздяй.

Несколько дней каникул мы не вылезаем из дома. Все что нужно для жизни, припасено загодя. Стол заставлен грязной посудой, клеенка измарана винными пятнами, в облаках повисшего на кухне кумара буйствуют пьяные дрозофилы. Магнитофон лязгает и громыхает «Металликой» и «Сепультурой», на смену металлистам приходит Цой: «Тот, кто в пятнадцать лет убежал из дома вряд ли поймет того, кто учился в спецшколе».

В отличие от убежавших из дома приятелей, меня с натяжкой можно причислить к бегунам из песни. Я учусь в языковой школе и никуда не бегаю. Разве что сную с места на место: вняв жалобам соседей, Врайтер отфутболит меня к дедушке через каких-нибудь пару недель.

«БАХ-БАХ-БАХ-БАХ», – чьи-то нетерпеливые кулаки грохочут по входной двери.

– Все, пиздец, мы пропали! – верещит Лелик, выглядывая в окно из-под занавески. Перед дверью подъезда журчат моторы двух автомашин с номерами серии «М-ОЦ».

На таких ездит охрана – личная папина и всего «Инкомбанка». Все до единого, по словам Лелика, бывшие сотрудники спецподразделений.

– Это что у тебя тут? Наркотики? – крепкий увалень прислонился к стене ванной комнаты и многозначительно принюхивается к ведру с грязным бельем. Несколько человек бродят по квартире, заглядывают по углам, открывают шкафы и тумбочки. Леликов папа, в бронежилете на случай нечаянной пули от десятиклассника, засел в кухне.