Ольга

Дальше речь перешла к Жоржу Баскье, который подтвердил то, что все предполагали и заявил о том, что будет рад передать свой пост в умелые руки такого профессионала, как Татьяна Тимофеевна. Это новость была встречена весьма бурными аплодисментами.

Если представить, что есть какая-то тайная кнопочка ответственная за окончательное включение режима похмелья, то меня бы нисколько не удивило, если на ней нарисованы хлопающие в ладоши руки. От резкого шума моя голова закружилась и, стыдно признаться, ко мне подступила дикая тошнота.

– А теперь мне бы хотелось, чтобы господин Кричевский озвучил наши планы на всемирную выставку архитектуры и дизайна в австрийской Вене, которая стартует послезавтра и которую он планирует посетить лично, вместе с одним из наших журналистов.

Господин Кричевский встал, а мечтающая стать госпожой Кричевской нервно заерзала на соседнем стуле. Мне же хотелось только одного – побыстрей выбраться отсюда и начать выдумывать правдоподобную причину взять отгул.

– Я бы хотел присоединиться к поздравлениям, адресованным Татьяне Тимофеевне, – начал Алексей свою вступительную речь.

Наверное, смеяться над игривым оборотом начальника всегда фальшиво, но, пожалуй, когда это произносит Алексей, сложно удержаться и не поддаться его очарованию.

Далее он продолжил свою речь и начал описывать все те нововведения, которые новое руководство планирует воплотить в жизнь, а я же, не имея возможности сконцентрироваться на сложных конструкциях этой мини-презентации, решила получше рассмотреть самого Алексея.

Я не видела его почти полгода, может даже больше. Со времен его развода все новости о нем были только в виде электронных статей таблоидов. Пару раз мы созванивались, обсуждая какие-то рабочие моменты, но не более.

Он определенно помолодел. Или как любит говорить Алиса о мужчинах его возраста: «обрел в себе молодого мужчину». Это определение – завидный парадокс мужского населения планеты Земля. Стоит им начать стареть, как небольшие усилия над своей внешностью, почти минимальные, на уровне простой ухоженности, тут же делают из них не взрослого малоинтересного мужчину, чья старость уже не за горами, а молодо выглядящего для своих лет человека.