Малахитовый лес

– Где вы взяли столько малахитовой травы? – спросил Астра, прижимая к груди букет из кисточек.

– Знать не знаю! – задыхаясь, выдал рысь-феликефал. – Мне… мне подбросили!

– Говорю же вам, я не из отряда! – твердил Астра. Торговец с неторопливо рассеивающимся недоверием взглянул на него. – Я работаю… работал на фабрике по производству малахитовых кистей. Инженером.

– Чего ты мне тогда голову морочишь? – обозлённо бросил рысь-феликефал, отбирая у него кисти.

– Ничего я никому не морочу! – обиженно произнёс Астра.

 – Вы первый начали: отрядовец, отрядовец! Я просто законопослушный гражданин и не привык нарушать законы! – и, осмелев, выкрикнул, выбросив руку: – Убирайтесь отсюда, пока я в самом деле не позвал отряд!

Глаза торговца налились кровью, в руке у него блеснул нож. Торговец схватил Астру за грудки, приставив зубчатое лезвие к его горлу, легко приподнял кинокефала над землёй и прорычал:

– Ещё раз ко мне сунешься – пеняй на себя. А позовёшь отряд, так я тебя найду и шкуру спущу, понял?

«И, как назло, никого рядом, неоткуда ждать помощи… И город сегодня как-то необычайно пуст», – промелькнуло в голове у перепуганного до смерти кинокефала.

Он сжался, как звезда, и, как самое уязвимое, прикрыв глаза, дважды или трижды кивнул.

Рысь-феликефал опустил его, вручил в руки коробку, жёсткой, до синяков под шерстью, хваткой взял кинокефала за плечи, развернул и с силой толкнул. Астра пустился наутёк, не оборачиваясь, не заметив, как вернулся туда, откуда пришёл, – к развилке.

«Пойду-ка я по другой тропе. Тем более через липовую аллею я хожу нечасто. И нет лучше средства взболтать обыденность, чем пойти другим путём. А мне, как никогда, требуется её взболтать».

Укрывшись в умиротворяющей тени могучих тополей, кланяющихся друг дружке кронами, Астра унял сердце и неспешно побрёл под ними. Шушукала листва, лёгкий ветерок будто невидимой рукой утопал в его белой с серебряным отливом шерсти. Растворяясь в прохладе, юный кинокефал любовался, как в ещё сырой от росы траве жёлтыми огоньками искрятся одуванчики, и тут его взгляд зацепился за лежащий посреди дороги чёрный ком, похожий на брошенную кем-то шубу.

«Но какая шуба в начале лета?» – подумал он и ускорил шаг, а потом, когда, наконец, разглядел, что чёрный ком дышит, на всех парах бросился к нему.

Астра упал перед комком на колени, поставив коробку между ног: на боку лежал без чувств чёрный пёс – недееспособный.