Малахитовый лес

Умбра, ни в какой огненный шар ты не превратишься, не дрейфь!

Алатар спереди обошёл Умбру и, почти улёгшись на влажный мох, нагнулся к его застенчиво и как-то виновато склонённой остроугольной мордашке с хитроумной улыбкой.

– Да, Умбра, впервые соглашусь с Репревом: мы тебя в обиду не дадим! Мы вернём тебя в город живым и невредимым, даю тебе слово. Ты вырастешь большим и сильным фамильяром и ещё долго будешь помогать своим маме с папой.

Умбра ответил Алатару улыбкой.

Орион не сорвал – это место искатели бы точно не пропустили: перед ними кляксой расплылось болото, раскинув во все стороны щупальца; чёрная вода, изрытая зелёными оспинками ряски, упёрлась одним своим чёрным глазом в беззвёздное небо.

Стоило только искателям приблизиться к болоту, как из него вылезло гадкое на вид существо, такое гадкое, что Агния, охнув, непроизвольно закрыла своей широкой, совсем не девичьей ладонью Умбриэлю глаза: у существа было гигантское ребристое тело пиявки, глянцевое, словно в оболочке сухой тыквенной семечки, чёрное, как само болото.

На голову пиявке-переростку как бы натянули, как карнавальную маску, собачью голову с белой мутью давно погасших и остекленевших глаз. Широкий, круглый, вечно открытый рот, был усеян треугольными, несколькими рядами уходящими глубоко в глотку крокодильими зубами. С боков у болотной твари, как у снеговика, росли ветки-руки с тремя пальцами-сучками, которыми он нервно перебирал пустоту.

– Какая интересная подобралась компания! – распевным баритоном заговорило существо, и его круглый рот то и дело вылеплялся в подобие улыбки.

 – В этом году ко мне осмелился заявиться лишь один представитель бенгардийского народа. В Бенгардии новый король?

– Тебя это не касается, чудище! – грозно произнёс Репрев. – Мы что, должны победить эту болотную плодожорку? – деланным шёпотом, почти не раскрывая пасти, спросил он, обращаясь ко всем. – Говорю сразу, я брезгую. Ни за какие коврижки не собираюсь даже лапы марать.

«Болотная плодожорка» услышала его слова.

– Нет, Репрев, в моём убийстве нет смысла.

– Откуда ты знаешь моё имя? – с пугающим чувством своей уязвимости и с вызывающим гневом в голосе спросил Репрев.

– Вы все очень неосторожно обращаетесь с данными вам при рождении именами. Выкрикиваете их на каждом углу, делитесь со всеми подряд, без разбора. Неудивительно, что мы в Зелёном коридоре всё о вас знаем, в том числе и ваши имена. Что говорить, если даже имя Алатар у нас на слуху.