Кошмар Мёбиуса

Сначала мне удалось сесть, опираясь при этом на руки, так как обнаружилась слабость в мышцах, однако вскоре моё тело вновь уверенно стояло на ногах. Первая победа.

Однако теперь, когда я стоял в окружении этих стен какого-то медицинского учреждения, меня настиг вопрос: «А что я здесь делаю-то?». Ответ, логично, стоило поискать в памяти, чтобы понять, как я сюда попал, или где я был, прежде чем попал сюда.

В момент моя спина покрылась холодным потом, поскольку ко мне пришло осознание самого важного факта – я ничего не помню! Совершенно! Ну, то есть, почти: мне было совершенно ясно, что меня зовут Заварин Виктор Степанович, что я нахожусь в каком-то помещении какой-то больницы, и так далее.

Знания присутствовали, однако память на события совершенно отсутствовала.

Когда паника отошла, я понял, что здесь мне делать нечего – надо искать кого-нибудь ещё, чтобы получить ответы на свои вопросы.

– Так, дверь слева, дверь справа – выбор, конечно, богатый, – как показала жизнь, которая, хоть и ушла из моей памяти, но уроки её сохранились, в отсутствии людей рассудок помогает сохранить обычное произношение мыслей вслух, а также разговор с самим собой.

– Итак, для начала посмотрим, что у нас слева. Есть здесь кто-ни… – начал я говорить, одновременно открывая дверь, однако мне пришлось умолкнуть на полуслове из-за увиденного за дверью.

Интересно устроена человеческая психология – самое необычное, неординарное и, чего скрывать, да жути нереальное, в первые секунды не вызывает ни страха, ни паники, ни интереса – словно мозг от увиденного так перегружается, что человек перестаёт ощущать эмоции и стоит в ступоре.

Тем не менее, спустя несколько секунд, я всё-таки отшатнулся от двери, потерял равновесие и упал ровно на пятую точку, нервно хватая ртом воздух, силясь перебороть подступающую истерику.

За дверью, тем временем, находилась моя комната. Причём не из общаги, не мой кабинет, что в окружающей меня обстановке было бы логично, и даже не моя спальня в моей квартире.

Это была моя комната в старой родительской квартире, которую я давно продал.

– КАКОГО ЧЁРТА!? – вырвалось из меня, когда я только-только перешёл порог от предистеричного состояние до смятения.

Мне понадобилось чуть больше минуты, чтобы окончательно прийти в себя, хотя вид моей детской комнаты, куда вела распахнутая дверь, сильно мешал этому процессу.