Забытые герои Арктики. Люди и ледоколы

Нужно было собрать более подробные сведения о месте нахождении несчастных и повидать самого Бартлетта, находившегося в это время в Номе на Аляске. Начальник нашей экспедиции и предполагал зайти в этот порт.

На пути в бухту Провидения корабли для испытания вновь установленных станций радиотелеграфа разъединились: «Таймыр» пошел в Усть-Камчатск, где и стоял двое суток, а «Вайгач» продолжал свой путь в бухту Провидения. Мы уже перешли на экспедиционную порцию, т.?е. команде перестали выдавать вино, заменили его молоком и сладостями; запас же свежей провизии был сделан на все плавание, т.

?е. до 1 октября.

14 июля, подойдя к южной оконечности Анадырского залива, мы вошли в густой туман: в воздухе потеплело, температура воды значительно повысилась, и нам не попадалось ни одной льдинки. Это был хороший признак, подававший надежду на раннее лето в Ледовитом океане. Обычно в предыдущие годы в этих местах мы встречали много льду. На следующий день около 6 ч утра мы соединились с «Таймыром», а в 4 ч дня ясно показались мрачные гористые берега Чукотского полуострова, окаймляющие вход в бухту Провидения.

На склонах гор во многих местах виднелся снег. Раздернулся верхний туман, показалось синее небо с высокими перисто-кучевыми облаками, и в 6 ч вечера, при ясной погоде, наши корабли ошвартовались по обе стороны стоящего в бухте на якоре транспорта «Тобол».

Памятник Ч. Клерку в Петропавловске-Камчатском, 1914 г.

Из фондов РГАЭ

Арка, сооруженная в Петропавловске-Камчатском для проведения торжественной церемонии

Из фондов РГАЭ

Транспорт «Тобол» был заранее сюда выслан с запасом угля для судов экспедиции, которые он должен был снабжать вплоть до окончательного их ухода в полярное плавание.

Здесь мы застали иностранцев: на «Тоболе» с нами познакомился молодой американский зоолог, командированный нью-йоркским университетом на зимовку в Нижнеколымск для специального изучения млекопитающих. Кроме того, пришла шхуна американского промышленника Томсона, занимавшегося скупкой мехов у местных чукчей.

За шкурку голубого песца он просил с нас 90 руб., а за белого 30 руб.

Около 8 ч вечера показалась шхуна под русским флагом, и вскоре на «Таймыре» появился хорошо одетый человек, отрекомендовавшийся неким Лярским. Наш новый знакомец оказался весьма словоохотливым собеседником, рассказывал много забавных вещей и, на мой взгляд, порядочно привирал. Два дня прошло в обычных судовых занятиях и кратковременных поездках на берег.