Враг государства

Вода тоже свежая, только стояла в другой стороне, подальше, как и просил Ник. Он говорил, что коты не пьют, если вода рядом с едой. Глупости, всегда отвечал Виктор.

– Он ест, только когда кто-то стоит поблизости, – раздался голос. – И это не я. Меня он не принимает. Будто знает, что я раньше делал.

Беда вскинул игломёт, но тут же убрал. На подоконнике сидел Медведь, обхватив колени руками. Он всё в той же старой куртке Ника, будто другой одежды у него не было.

– Ты что тут делаешь, Айзек?

– Пришёл проведать Марка Тулия.

– Я не забыл.

Кот наелся и лакал воду из чашки.

– Он всё ждёт хозяина, – сказал Айзек глухим голосом. – Ждёт и тоскует.

– Ему плевать, – ответил Виктор. – Это же кот.

– Это тебе плевать! Ты как сраная машина, без чувств и эмоций. Прикрываешься своим блоком, будто без него бы ты что-то чувствовал. Сколько ты убил ночью?

– Десяток или два. Я не считал.

Медведь хмыкнул.

– Такой ты по жизни. В любой непонятной ситуации надо кого-то убить.

– Ник не был связан с Адвентом, – Виктор проигнорировал выпад. – Никак. Его убили дигерины, случайно. И сделали всё, чтобы выпутаться без проблем. Но я найду, кто виноват.

– И убьёшь?

– Да. Всех, кто к этому причастен. Без раздумий.

Медведь разглядывал свои руки. А ведь парень ненамного старше самого Ника. Может, поэтому они так легко сдружились. Айзек всегда хотел, чтобы у него были друзья. Даже когда он был в отряде Танатос… в качестве оружия.

– Если бы я не опоздал, – сказал он и уткнулся в колени. – Если бы я успел… я бы изменил это, чего бы мне это ни стоило. Даже если бы моя кровь вскипела, он бы выжил. Но я опоздал. Это из-за меня всё случилось…

– Не кори себя, ты…

– Заткнись Беда. Знаешь, когда мы сбежали на эту планету, я мечтал, что однажды убью тебя. И непросто убью, а так, чтобы ты мучился. Как он тогда сказал? Доктор Михельсон? Что он спросил у тебя?

– Что тебе снится, палач, так он спросил.

– Он был хорошим человеком, – Айзек вздохнул. – Потом я подумал, что для тебя это будет слишком просто. Я хотел убить твою жену, но не мог на это решится… долго, а потом её не стало и без моих усилий. А потом я хотел убить твоего сына, чтобы ты страдал, как все мы, кто остался там, в лаборатории. Я хотел сделать это подло, втереться к нему в доверие, как ты сам меня учил… Но я не смог. Ник был не такой, как ты, он был достоин жизни.