Волк 3: Лихие 90-е

Толстый майор вскочил и побежал в туалет, будто собирался выскочить через маленькое окошко. Полковник приоткрыл рот, глядя на происходящее, начиная сильно потеть. Не думал он, что его поймают, совсем расслабился. Теперь ему точно невесело.

Быков у входа раскидали на пол, они даже не успели воспользоваться пистолетами. А чтобы неповадно было доставать оружие, их несколько раз пнули и добавили прикладом. В зал вошли те два «братка», которые чуть раньше пили чай с чебуреками. Один отдавал приказы, второй достал видеокамеру.

Меня взяли за руки и застегнули наручники на запястьях. Со стороны наверняка казалось грубовато, но это было для вида. Браслеты не впивались в кожу, руки мне никто не выворачивал. Женя тоже хранил спокойствие, хотя его тёмные очки упали под стол и кто-то на них наступил так, что они хрустнули.

Видеокамера нас не снимала, оператора сейчас интересовал толстый Ефимцев, которого поймали прямо в туалете, когда он пытался выбраться в окно, и уложили на пол рядом с толчком.

В конце прибыл майор Ремезов, улыбающийся до ушей. Он просто сиял от счастья, что повязал продажных вояк на горячем.

– Вот вы и попались, товарищ полковник, – объявил Ремезов и добавил, глядя на нас: —Этих увести. Допрошивать по отдельности!

Нас с Женей увели в служебное помещение, где и сняли наручники. По плану, полковник не должен был понять, что это мы навели на него ФСБ.

– Подождите пока тут, – сказал старший в маске. – Колем его, пока горячий.

Он вышел и захлопнул дверь служебного помещения, но она снова начала открываться. Я осторожно посмотрел в щель.

– Вы не понимаете, я вообще ни при чём! – доказывал полковник, вспотев ещё сильнее. Перед ним лежали стопки долларов, несколько купюр упало на пол.

– А ты воровал у него и перепродавал в Чечню, – Ремезов усмехнулся. – Всего-то грузовиками.

Вот это он выловил крупную рыбёшку, ещё и целый генерал, торгующий оружием. За такое новое звание обеспечено.

– Да я не знал, что это чечены! – оправдывался пойманный.