Свободу демонам!

Ведь это точно она. В этот раз я не дам ей пропасть.

Но бандит посмотрел на вход и опустил оружие.

– Бросай пушку! – раздался резкий и очень громкий крик, будто через динамики.

Китаец опять спрятался за стойку. Побитый толстяк сделал вид, что всё ещё без сознания. А Фаулер что-то нажал, и его пистолет вывалился из механизма под рукавом, упав со стуком на грязный пол.

– Алекс, – шепнула Лия. – Брось оружие, пожалуйста.

Всё равно оно бесполезно. Я швырнул пушку в угол.

В ресторанчик вошли двое. Оба в чёрной броне с массивными наплечниками и красными светящимися глазами шлемов.

Мужик в такой же броне угрожал меня пристрелить, если бы я не вышел в сегодняшний бой.

Один направил автомат на меня, потом осмотрел каждого бандита. Красные окуляры шлемов засветились сильнее. Бронированный подошёл и пнул в живот толстяка. Так сильно, что его аж подбросило.

Другой подошёл ко мне и провёл передо мной каким-то сканером.

– Полегче, – сказал я.

Бронированный склонился над Фаулером и врезал ему кулаком в стальной перчатке. Раздался неприятный хруст, а лицо начало быстро менять цвет. Кажется, перелом челюсти. Голова бандита запрокинулась, и больше он не двигался.

– Вытащи отсюда этот мусор! – раздался приказ.

Голос искажён динамика шлема.

Вошли ещё несколько таких же бронированных. Я слышал, как скрипели суставы их брони. Под тяжёлым ботинком хрустнула тарелка из-под картошки фри.

– А ты чего там сидишь? – охранник направил здоровенный пистолет на Ло Цзи.

– Так, а я готовлю, – китаец медленно поднял руки. – Мой ресторанчик к вашим услугам, охотники. Чего желаете?

– У тебя мы жрать не будем.

– Всё чисто, – сказал другой и усмехнулся. – Относительно чисто. Можно входить.

В зале осталось только два типа в броне. Один показал на уцелевший стол, куда и сели мы с Лией.

К нам присоединился ещё один человек. Мужчина с аккуратной седой бородой, в чёрном костюме с красной рубашкой под ним, смотрел. Это он тогда поднялся в клетку, чтобы поздравить меня с победой. Тогда ещё затихли трибуны.

Один из бронированных протёр тряпочкой стул. Седой осторожно уселся и дотронулся до поверхности стола. Кажется, китаец никогда их не протирал. Этим липким жирным следам, должно быть, уже годы.