Молот империи. Часть 4

– Её Императорское Высочество укрыта в старой шахте игниума, – отчитывался мне Воронов по дороге. – Это ненадёжное место, надо его сменить. Господин генерал, позвольте узнать, есть ли у вас в запасе план на этот счёт?

– Есть. Но он пока останется у меня.

– Понимаю. Но мы сделаем всё от нас зависящее, чтобы спасти Её Высочество.

– Мы ещё победим, – пообещал я. – Мы ещё вырвемся отсюда.

Я остановился у края ущелья и посмотрел вверх и по сторонам. Это одно из многих, но здесь самый короткий путь к точке М.

Но с этим можно справиться.

– Подождите, – сказал я.

Я вытащил амулет. Он едва светился.

– Ну чего ты не показал мне Печать Огня, дух? – спросил я. – Если бы показал, такого бы не случилось.

Огонёк внутри моргнул. Не знаю, что он хочет мне сказать. Может, он сам его не видел, может, ещё что-то. Предки сильны, но не всемогущи.

Но кое-что они могут. И я тоже.

Я взял амулет в одну руку, а другую выставил перед собой, направив вверх.

От напряжения кольнуло в ушах, заболело подо лбом, начало щемить зубы, как от ледяной воды.

– Что это значит? – услышал я шёпот. – Что это…

– Как в тот раз! Когда Лорд Ян взорвал…

Сорвавшийся с моих пальцев сгусток огня был такой силы, что ущелье начало трястись. Сверху посыпалась каменная крошка и снег.

– Надо уходить! – крикнул мне Воронов.

Остальные просто уставились на меня. Но пора уже показывать, что умеем мы. Мы не разбиты, у нас ещё есть, чем удивлять врага.

Я не спорил с Вороновым. Надо не просто уходить. Надо очень быстро отступать.

Взрыв в ущелье и близко не напоминал тот случай, когда Янек подорвал бомбы и месторождения Игниума в озере.

Сейчас проход засыпало снегом и большими камнями, с грохотом падавшими сверху. Даже это слабое действие выбило меня и предка Громовой из силы.

Получилось так себе, разберут за пару часов. Но это даст нам время, которое жизненно необходимо.

Ещё час, и мы в сопровождении гвардии спустились в очередное ущелье. Снега тут много, он шапками оседал на растущих тут повсюду елях.

Запах хвои казался блаженством после вони игниума, гари и дерьма, как и пахнет война в наших краях. Даже можно было бы назвать это умиротворяющей картиной, но мне было не до этого.