Молот империи. Часть 4

Как тогда, когда я смог увидеть шторм на море, и как в него попал флот. На больших кораблях, работающих на игниуме, тоже есть духи предков.

Но такой сильный – сейчас у меня. И он может смотреть туда, где не вижу.

Я потянул за цепочку на шее и вытянул амулет Громовой с её духом предка.

– Ты знаешь, что мне нужно, – шепнул я.

Я бы хотел с ним поговорить, но не знал, как именно. Катерина могла говорить с ними, Ян тоже. Я почему-то нет. Но зато он понимал меня.

Дальше стало странно. Я будто видел всё в оптику и слышал, как между собой переговариваются штабисты.

И одновременно с этим видел кабину Ужаса Глубин. Марк сидел в кресле первого пилота. Второго пилота нет, только радист и канонир.

– Канонир, – крикнул он. – Целимся в ноги Марионетки! Там зубчатая передача между листами брони!

– А где она? – удивился прыщавый парень, вспотевший от волнения.

– Я наведу сам, – Марк вздохнул и посмотрел на сидящего неподалёку светловолосого парня.

Я встряхнул голову и смог сфокусироваться на себе самом. В оптику видны силуэты Ужаса и Ищейки. Они недалеко друг от друга, всего несколько километров.

Между ними остальные шагоходы оборонительной линии. Пока на востоке передышка, мы сможем справиться с главными силами врага. Но резерв я пока в бой не пускаю.

Марионетка Великого Дома Нумер нагло наступала на наших. Она держалась вне сектора самых страшных орудий городской обороны.

– Сфокусировать огонь на Марионетке, – приказал я. – Вывести её из строя!

Я снова вижу кабину Ужаса.

– С Ищейкой? А? Что? – Радист испуганно щёлкал какие-то тумблеры, и не сразу смог справиться с задачей. Но справился.

– Ищейка слушает…

Я будто рядом со входом в электрокамеру, видел всё через синюю дымку. Хотел бы посмотреть, что у Яна, но дух направлял меня только сюда.

– Валь, долби его по коленям! – крикнул Марк.

– Понял, Марк!

Оба Исполина выстрелили разом, но Марионетка не упала, а ответила залпом из двух орудий. Ужас Глубин затрясся, под потолком загорелась красная лампочка тревоги.

– Правая рука вышла из строя, – доложил старший механик.

– Стреляем из всего остального!

Затрясся сильнее. Канонир вскрикнул и закрыл голову руками. Радиста тошнило. По броне били многочисленные снаряды, в кабине стоял звон.