Молот империи. Часть 4

Здесь же спрятан вход в укреплённый наблюдательный пункт.

Снаружи его не видно, а внутри он набит оптикой, связью, а ещё у него толстенные стены, усиленные бронеплитами. Дед Рафаэля Риггера строили его для себя и постарался на славу.

Так что пару случайных снарядов переживём. Да и прицельных тоже.

– Господин генерал, – мой адъютант Василий вытянулся, когда я вошёл. – Ремонтники говорят, что закончат работы с вашей риггой уже через три часа.

– Дуй к ним, – сказал я. – И пригони её поближе, бомб не бойся.

Будет надо, выйду на ней. И проверь, чтобы зарядили все снаряды, какие есть. И зипы, парень, не забудь про зипы. Три полных ящика, а не один!

– Есть! – Василий едва не задел потолок макушкой, так сильно выпрямился. – Разрешите идти?

– Иди.

В холодном бункере с крашенными бетонными стенами поставили стол, карту, а полковник Горностаев лично раскладывал на ней фишки и фигурки, обозначающие войска.

– С востока идут остатки армии Дома Чена, около тридцати боеспособных шагоходов-уланов, – доложил разведчик, поправляя очки.

 – Ведёт генерал Бао Чен, но с ними нет Печати Огня.

Ну что же, если этот генерал внезапно скончается, остатки его армии отойдут на родину. Править будет Ван Чен, а он сторонник изоляции. Хотя кто его знает, это он так думает сейчас. Что будет дальше, я не знаю.

– Где Печать Огня? – спросил Кичиро Кобаяши, которого я сегодня попросил мне помочь. – Вы её нашли? Нужно знать, где она находится.

– Или с основными силами, прикрываясь их радарами, или на ремонте.

Основные силы – тридцать шагоходов, идут с юга. С озера угрозы уже нет. Разве что они пойдут по дну, – полковник засмеялся.

В основном здесь молодые офицеры-штабисты. Из стариков только Кичиро Кобаяши, если не считать меня. Хотя я выгляжу младше своих лет, и считаю себя молодым.

Артура я отправил на передовую, все остальные генералы тоже там. Но должен быть ещё один.

– Где маршал Дерайга? – спросил я. – Он обещал, что будет здесь.

Два офицера-штабиста переглянулись.

– Он сказал, что у него болит поджелудочная, – с печалью в голосе произнёс один.

– Очень болит, – добавил второй.

– И он передал, что скорее всего не доживёт до начала боя. И ещё раз попросил прощения за случай с генералом Петраком. Он не ожидал от него такого.

Я говорил с Дерайга пару раз с самого прибытия в Нерск, и маршал всё ещё извинялся за Петрака. Он же настоял, чтобы его назначить, это его старый товарищ.

– Невовремя он приболел, – сказал я.