Цена огня. Рыцарь Огненной кавалерии

Рыцарь улыбнулся во весь расширенный рот. На языке блестит кровь из-за царапин об острые обломки зубов.

– Они молятся огню, но не любят, когда огонь поедает их самих. Когда закипает жир, им не до ритуала. Они боятся, когда сами выплачивают Цену Огня.

Эммерик вытер очередную слезу.

– Простите меня, любезные союзники. Иногда мне сложно сдерживаться. По правде, я думал, что и здесь мы найдём врага, но нашли друзей. Мы отправляемся. Много красных плащей разбежалось. Мне стало интересно, что чувствует при поражении те, кто никогда не проигрывал.

Ужас и тошноту, ответил бы Людвиг. Рыцарь-предвестник улыбнулся с таким видом, будто терпит сильную боль, и поднял руку прощаясь.

– Он долго умирал? – раздался голос. Лысый аниссар вышел вперёд, крутя кольцо на своём пальце. – Тот красный плащ?

Эммерик внимательно его осмотрел.

– Он взошёл на костёр на рассвете, а отправился к Вечному, когда солнце достигло зенита. Для такого сопляка он оказался крепким, не каждый столько проживёт.

– Они заслужили это.

– Ярен, заткнись, – прошептал гаптман.

– Моему сыну было семнадцать, когда он отправился на войну, – продолжил лысый. – Его отряд наткнулся на красных плащей. Всех перебили, а его самого…

Он замолчал и всхлипнул.

– Я сочувствую твоему горю, – рыцарь Эммерик склонил голову. – Но вчера ублюдки ответили и за это.

– Тогда я и все мои и его друзья надели кольца, пока не отомстим. И вчера мы их сняли. Но палец всё ещё жжётся, будто кольцо ещё там.

Предвестник что-то сказал, но глашатай не успел растолковать.

– Сейчас на другом пальце кольцо в честь другой клятвы, вот только новая не стоит ничего. Ведь старая не выполнена.

– Ярен, что ты делаешь? – зашептал седой.

– Мы поклялись, что этот человек уйдёт отсюда живым, – лысый показал на Людвига. – Но я не могу это допустить. Этот человек – красный плащ. Тебе солгали, рыцарь-предвестник.

Ярен снял кольцо и бросил его на землю. Седой аниссар охнул.

– Он красный плащ? – удивился глашатай.

Предвестник молчал, глядя единственным глазом на Людвига. Заскрипела вышка, но на неё никто не обратил внимания. Аниссары потянулись за пистолетами.

– Что это значит? – спросил Эммерик через своего глашатая.

– Это наше дело, рыцарь-предвестник, – сказал гаптман. Он смотрел без всякого страха. – Между нами, им и этим клятвопреступником. Езжайте своей дорогой, рыцари Пепла.

– Теперь это моё дело, – Эммерик спешился.