Мистер Несовершенство

Алле, ты чего там, одноглазый змеище? Это же сиськи! Ты их даже в лицо… ну или что там, помнить должен, встань хоть поприветствовать из вежливости!

Ни хера! А все потому, что в голове невесть откуда зазвучал голос па Джека, поучающего нас, малолетних дебилов, когда поймал похабно ржущими за обсуждением прелестей одноклассниц.

– Грудь. Вам следует называть эту часть тела девушек грудью! Не буфера, не дыньки, не сиськи, не дойки, а грудь! Все остальное – это проявление неуважения к тому великолепному творению природы, что так восхищает и притягивает нас, мужиков, и, между прочим, вскармливает наших детей.

Мы, тогда еще совсем придурки, только фыркали в ответ, подумывая, что эти самые сиськи надо лапать и щупать, пялиться на них, а не поклоняться им. Еще чего! То есть охеренная они штука, и все такое, и чем их больше, тем лучше, но па явно чё-то нам не то загоняет.

– Ухмыляйтесь-ухмыляйтесь, – хмыкнул он, осмотрев наши горящие недоверием рожи, – но каждый из вас однажды встретит девушку, чью грудь у вас язык не повернется назвать одним из этих пошлых слов. Даже мысленно. И в бороду засветить приспичит любому, кто скажет так о ней. – Он оглянулся в сторону кухни, где гремела посудой ма Линда, худенькая, хрупкая учительница английской литературы, кажется, патологически неспособная разозлиться или использовать хоть одно из известных мне ругательных словечек, даже самых невинных, и его взгляд стал каким-то странным.

– Какую еще ту самую? – уточнил я.

– Свою главную женщину. Настоящую. И мой вам совет – не пытайтесь спорить с собой или дергаться, стараясь побороть свои чувства. Добра не выйдет. Хватайтесь за эту свою и никуда уже не отпускайте! И свои бубенцы больше ни к кому не подкатывайте с того момента, а то вас жизнь так прокатит, что очнетесь уже в какой-нибудь дерьмовой канаве.

– И это все только из-за си… груди? – насмешливо спросил тогда семнадцатилетний Саваж, самый старший среди нас.

– Это из-за всего!

– Похоже, мне п*здец, – пробормотал я, убирая ладони с сисек Сабины, мгновенно вспомнив… грудь моей принцессы. – Однозначно п*здец.