Насмешки богов, или Три недели разлуки. Сценарий любви

Но тот, глядя в глаза существу-человеку, казалось, и не собирался улетать.

Забыв про дерево, шепелявый дернул головой и, крича, забегал по поляне, размахивая руками.

Семен не успел ничего понять, как ствол дерева выскочил из его рук и, качнувшись два раза, принял вертикальное положение. А вслед за деревом из-за спины Семена, что-то взлетело к небу и стремительно унеслось в гущу леса.

«Странная птица» – пришла мысль парню в голову, но ее тут же сменила другая, от которой у него задрожали ноги. А «птица» опустилась и скрылась за деревьями метрах в тридцати.

– Ты понял? Укусить меня хотел! А я ему, ух!

Он выглядел настоящим героем. Еще бы! Видя большого шмеля, он так испугался, что глаза его увеличились в два раза. И суметь убежать явилось для него настоящим подвигом. Но приятель, казалось, не слышал и не видел самодовольного товарища. В настоящее время его волновало совсем другое.

– Ты видел, что-то полетело? – сказал Сема скорбным голосом.

От этих слов у шепелявого снова появился страх в глазах. Да, он видел, как что-то похожее на их сумку метнуло в небо. Тогда ему было не до сумки, а теперь… о нет! Нет! Не может быть.

– Думаешь, это она? – спросил он полушепотом, не решаясь обернуться.

– Угу, – ответил Сема, вынимая из карманов латаных серых брюк мятую пачку дешевых сигарет.

– Глянь, может, она на месте?

– Боюсь. Живу надеждой.

Парни молча закурили и продолжали смотреть в сторону улетевшей сумки.

Но ведь кто-то же в этой ситуации должен быть виноват? Просто нужно назначить виновного и все. И всем остальным будет легче.

У первого не выдержали нервы – Василия. И он таки да нашел того, по чьей вине они не выпьют сегодня водки.

– От скажи мне, только плавду! – начал нападать с обвинениями Вася. – Ты засеем отпустил делево?

– Тише, ты. Возможно, бутылки не разбились? Звона стекла ведь не было?

– Знасит, будет! – уверенно, не подумавши, сказал Вася. И в ту же секунду послышался звон битого стекла.

– Все, – подытожил Семен, – отдохнули.

Василий и Семен, опустив головы, стояли возле сетчатой сумки, источавшей запах водки. Их вид был жалок, и, казалось, носи они головные уборы, скорее всего сняли бы их. Словно провожая в последний путь дух зеленого змия.

Боги Рим и Канн, напротив, веселились, насмехаясь над нерадивыми любителями отдыха на природе, и радовались тому, что смогли уберечь от гибели молодое дерево.