Незримый враг

После того, как их забрали люди из службы безопасности, прошли слухи, что каторжники внезапно заболели и через несколько часов умерли. Врачи так и не выяснили причину смерти. Есть и другая версия: мафия заказала этих двух. Они сбежали, но не на долго. А в прочем, кто знает? Может быть они до сих пор дробят камни где-нибудь под Китежем.

Мы въехали в подземный гараж и поставили автомобиль на обычное место.

– Хоть в здании нет дождя, – продолжал возмущаться мой приятель.

Забрав с заднего сиденья дипломат и папку, мы, как и многие здешние работники, направились к лифтам.

К нашей радости людей почему-то не было много.

– Пустые лифты? Это потрясающе! – нас догнал общий знакомый Василий. Он положил нам руки на плечи. Дружески похлопывая, подгонял, чтобы зайти в лифт, – Привет ребята! Не меня ждёте? – его плоские шутки никого не веселили, но он был племянником директора. И потому некоторые прегрешения в его адрес спускались на самотёк. Ну а в прочем он не был занудой и любил посидеть в баре с друзьями за кружечкой – другой.

Его только поэтому и держали здесь. Он мог «подойти» к любому клиенту. И, если вам понадобится человек, чтобы развлечь, показать город вашему клиенту – Василий лучший, кто бы смог это сделать.

– Доброе утро, – я нажал нужный этаж.

– Здравствуй. – добавил Александр.

Но, Вася продолжал с новой силой:

– Как настроение? Какая сегодня замечательная погода. Кстати, в понедельник я улетаю во Францию, – теперь он обратился к Александру.

 – Саша, ты, кажется, какое-то время жил там? Я могу попросить тебя об одолжении?

– Я зайду к тебе попозже, – отпарировал Александр.

– Отлично! У меня будет время выпить кофе. – он похлопал Александра по плечу и вышел на своём этаже, пятом.

Наш офис находился на шестом.

– Чёрт, – выругался Александр. – Он напомнил мне о завтраке. Я ещё не ел сегодня. Составишь мне кампанию?

– Да, до десяти я свободен, – я взглянул на часы: пятнадцать минут десятого.

Двери открылись, мы вышли и тут же остановились – нашему взору предстала она… Я, сам того не подозревая, подтянул свой галстук, застегнул пуговицы на пиджаке, поставив дипломат на пол.

София. Как всегда вся в чёрном – от туфелек до глаз. В нашем отделе считали её странной, эксцентричной, но очень привлекательной. Её траурный образ жизни привлекал меня. И, если бы не Соня, то, возможно, только София. За всю свою жизнь только Соня и София пробуждали во мне мысли о свадьбе.